Реклама

 

Мороз. Heiliger Abend. Благоговейна и трогательна была обстановка в Маленьком лютеранском храме на мало кому известной улице Шемякина. Временные и пространственные связи и отношения слились в один единый духовный порыв, глубокое нравственное начало с сильными историческими корнями, прошлое, настоящее, вечное.

Для прихожан хор, стены, потолок постепенно утрачивали свою бытийную материальную оболочку и каждый остался наедине с собой, с псалтырем и говорил на своем языке о своих чувствах и мыслях, о своей вере, в силу своего возраста, своего образования, своего мирочувствования. Царило нечто такое светлое и возвышенное, не смотря на общий хоровой диссонанс, на детский плач, на суету, что нисколько не мешало и не отвлекало. Все эти люди пришли сюда, к вере с помощью собственных мыслей, надежд, а может — друзей, родителей. Важно то, что много людей особенно пожилые женщины и пожилые мужчины, в основном это трудармейцы, дети трудармейцев, или все больше людей среднего возраста, осознанно верующие, умно верующие, исповедующиеся всерьез, молящиеся всерьез, дети, очень много детей своим приходом и своей верой возрождают то, что семидесятилетняя практика заставляла забыть, усыпить А религиозная культура немцев, ссыльных, продолжала существовать, пусть в маленьких кружках, скупо, боязливо, униженно, с трясущимися крестящимися руками, но была. Вот и сейчас она все также существует, тихо, скромно, на мало кому знакомой улице Шемякина.

Добавить комментарий