Реклама

Собственность, церковь и школа – это были столпы идеологии немецких колонистов. Они привезли ее из Германии второй половины восемнадцатого века и, уже будучи подданными Российской империи, всеми силами пытались сохранить верность традициям своих европейских предков.

Что и как может сейчас объединить разбросанные по территории республики остатки некогда многотысячного этноса советских, а теперь казахстанских немцев? Как удержать в памяти старшего поколения песни, обряды и традиции, чтобы можно было с наименьшими потерями передать это наследие молодежи, нашим детям и внукам? Как не забыть родовые имена и фамилии немцев, отделить закономерный процесс интеграции нашего этноса от его постепенной ассимиляции в дружественной среде других казахстанских народов? Да и примут ли наши наследники эту эстафету, пронесенную через сотни лет войн, репрессий, тяжелого труда?

Отправлял багаж на дачу в Подмосковье. Среди нескольких десятков ящиков, баулов и корзин был и сундук с металлическими креплениями по углам, немецкий, трофей тестя с последней большой войны. В нем – три десятка фотоальбомов типа кляссер, заправленных парой тысяч снимков разных времен. В основном мои и моего семейства, максимум полувековой давности, и совсем немного старых фотографий.

С той же Великой Отечественной войны – тесть с товарищами, тоже офицерами. Отец тещи, главный ветеринарный врач уезда или волости: он в мундире, с шашкой, супруга и дочери в длинных платьях и шляпах с вуалями. Барыни…

Качество этого и других снимков невероятно высокое, хотя им уже больше ста лет. Но вот надписи на обратной стороне не везде сохранились или вовсе отсутствуют. Пойди, разберись кто тут, как зовут, кем приходится, что делал в жизни и как попал на эту старую фотографию с неизвестной датой съемки. Не лучше положение и с более свежими снимками. Их невероятное число: в основном цветные, однотипные, с тех времен, когда в ходу стали дешевые камеры и десятки пунктов обслуживания экспресс-фото. Потом «мокрый» период «высох» и вообще фотопленка исчезла, появились электронные камеры-хлопушки, смартфоны с великолепными возможностями съемки – и наступил фотографический хаос под знаком селфи.

Казалось, доступность к фотографии станет своеобразным архивом в семьях – ничего подобного. Недавно отдавал на оцифровку цветные и черно-белые фотопленки – нет очередей за подобной услугой. Снимки появляются и исчезают на лентах известных провайдеров, не оставляя особого следа в памяти ни у тех, кого снимали, ни у тех, кто снимал…

Доступность и дешевизна процесса фотосъемки обесценила сам продукт и даже его назначение. А ведь были времена, когда поход в фотосалон всей семьей становился событием, которое фиксировало определенную веху в нашей жизни. Фото рассылались родственникам в ответ на такие же письма. Иногда родители тыкали пальцем в фото с фигурными краями: это тетя Фрида, живет в Киргизии, это дядя Пауль, директор театра, это тетя Эльвира, она в Москве, живет на Большой Грузинской улице. Жалко, что ни разу мне не показали фото моего деда Иогана-Петера и бабки Катарины-Барбары по отцовской линии: родитель был сирота с восьми лет, а по чужим домам мало что сохранишь…

С материнской линией все еще проще: деда Николая расстреляли в тридцать седьмом или тридцать третьем году, весь семейный архив изъяли и ничего не вернули. Вот тебе и все древо генеалогическое. «Кактус» с тремя листьями-колючками.

К чему эти экскурсы в личную жизнь, похожую на тысячи таких же? А вот к чему. Вернуться к прошлым ценностям, одинаково пригодным для всего нашего этноса, сегодня вряд ли возможно. Церковь у нас отделена от государства, и, не будем обманываться, многие прихожане заходят в храм по традиции. Школа сильно изменилась, а в нашем случае и вовсе не всегда отвечает сохранению немецкого этноса, точнее, его идентичности немецкой нации.

С тревогой наблюдаем подготовку к открытию немецких классов и групп в новом учебном году – получится ли? Собственность? Урбанизация развела основную массу людей по разным полюсам достатка и доступа к материальным ценностям. Необходим прорыв в поиске идеи для тающего на глазах этноса. Желательно в виде духовного ноу-хау.

Мы разговариваем об этом с Председателем попечительского совета Общественного фонда «Возрождение» Альбертом Рау. Исследование истории своей семьи стало его хобби. Он искал информацию о своих предках в архивах Саратова, Одессы и Германии, собирал материалы для книги лет пять, потратил немало времени и средств. Повезло в поиске по линии мамы, уроженки Краснодарского края: в Штутгарте существует землячество бессарабских немцев, предки которых эмигрировали в Россию из Баден-Вюртенберга в 30-х годах XIX века.

Они потомки тех ста тысяч немцев, что в 1940 году перед присоединением Бессарабии к СССР пожелали вернуться в Германию. Основная идея бессарабской общины – объединение сил и средств для сохранения данных о своих предках. Инструментом в реализации этой идеи в том числе стал и Интернет. Программный продукт, в котором семьи строят свои генеалогические древа, суперпопулярен в Германии. С его помощью они находят сородичей по всему свету, укрепляя тем самым свои позиции в обществе.

Понятно, что люди в Германии живут богаче, нежели у нас. Значит, и возможностей больше. А мы? У нас ведь тоже есть ОФ «Возрождение», который немало делает для создания немецкому этносу более комфортного проживания. Курсы немецкого языка, фестивали фольклора, раздача продуктов и лекарств малоимущим соотечественникам – все это замечательно и необходимо в наше время.

Так, может, цифровизация поможет нам в дальнейшей работе по восстановлению истории казахстанских немцев?

А какова идея этой работы? Что мы видим впереди, к чему идем? Ведь праздники приходят и уходят, курсы тоже когда-то заканчиваются. А что остается?

Альберт Рау под занавес нашей беседы показал мне изданную им книгу «История моей семьи». Отрезок отраженного времени заслуживает большого уважения – с 1533 по 2014 год(!) Теперь есть что оставить потомкам. Понятно, что не все могут повторить авторский подвиг Альберта Рау по разным причинам. На мой взгляд, и читать такую вещь широкой публике не обязательно, поскольку там приведено много личного. Но чем Альберт Павлович гордится, так это многими открытиями.

Например, тем, что в семье не было даже фото деда по линии мамы, пропавшего на лесоповале в Северном крае, а в результате поисков удалось найти не только фото и протокол его ареста (село Ванновское Краснодарского края, декабрь 1929 года), но и протокол его допроса, где дед рассказал всю свою жизнь и как он заслужил звание «врага советской власти».

А вот Интернет с его безразмерными возможностями – это то, что надо. Альберт Павлович убедился в этом сам, когда кроме обычной переписки и запросов воспользовался многочисленными информационными ресурсами. И сейчас корни его генеалогического древа ушли еще примерно на два столетия вглубь истории. И все благодаря тому, что есть дальние родственники, проводившие свои исследования. Таким образом, если хоть одно лицо совпадет с персонажем, который есть в чьем-то древе, программа обязательно даст об этом знать. И если у вас есть общие предки и ваши древа таким образом пересекаются, то вы получаете дополнительную информацию из их находок. Программа такая не одна. Но особой популярностью пользуется международная платформа https://www.myheritage.com.

Так, может, цифровизация поможет нам в дальнейшей работе по истории казахстанских немцев? С 14 по 15 мая этого года в Астане состоится Международная научно-практическая конференция «Немцы Казахстана: историческая память этноса и цифровизация информационных ресурсов».

Круг проблем для обсуждения разнообразен: анализ степени изученности истории и архивов по немецкому этносу, создание ONLINE и виртуального музея немцев Казахстана, изучение успешного опыта Германии в использовании информационных технологий и ресурсов для исторических исследований и так далее. По нашим данным в Германии и в других странах уже не первый год идет цифровизация самых разных процессов. В этот проект активно включились архивы и кирхи фатерланда. Цифруются рукописи столь давних лет, что и представить сложно.

В эпоху глобализации все хотят обозначить свое место в истории. И нам тоже не помешает позаботиться об этом.

Генрих Браун

Добавить комментарий