Реклама

Трудно представить, что когда-то он мог быть неловким до беспомощности. Двадцать третьего июня 1961 года на сцене Пятигорского театра музыкальной комедии шел спектакль «Баядера». Ему в этом спектакле дали крохотную эпизодическую роль. Нужно было изобразить молодого человека, восхищенного пением главного героя и самому пропеть ариозо в два-три предложения. Он очень долго стоял за кулисами, боясь пропустить свой выход: сцена предательски качалась, перед глазами плыл оркестр, правая рука, эффектно заложенная за полу сюртука, тряслась как у юродивого, карикатурно дрожали ноги. Деревянной походкой сделал несколько шагов и таким же деревянным голосом пропел свою партию. Не помня себя, убежал со сцены…

 

С улыбкой вспоминает свой дебют Владимир Андреевич Сухов,  еще совсем недавно артист Карагандинского театра музыкальной комедии, заслуженный артист Казахской ССР.
Артист оперетты — что это: детская мечта, случайность? «В детстве думал, что никогда и ни за что не буду петь со сцены. Не пел при гостях. Если же кто-нибудь очень настаивал, просил выключить свет, или пел один, в пустой комнате. Родители у меня были артистами музыкально-драматического театра в Киеве, и я с пяти лет знал весь их репертуар. Но мечтал стать геологом или летчиком (мои ровесники все тогда хотели стать летчиками). Родители же видели меня артистом. Поэтому, когда я закончил школу, сестра (она тоже была актрисой) буквально повела меня в Киевский театральный институт. На прослушивании так робел, что приемная комиссия ничего не поняла из того, что я «представлял». Меня досмотрели единственно из уважения к сестре и посоветовали пойти в другой институт».
«Другим» стало музучилище имени Глиэра. Однако уже с третьего курса Сухов ушел в Киевскую студию по подготовке артистов театра оперетты. У него были прекрасные педагоги по вокалу и актерскому мастерству. После дипломного спектакля получил сразу семь предложений: в Свердловск, Кемерово, Харьков, Черновцы, Полтаву, Киев и Пятигорск.
Выбор остановил на последнем. И не жалел об этом никогда. Там, в первом его профессиональном театре, его научили самому главному — культуре сценического поведения, чувству меры, заразили стойкой любовью к профессии…
Началась настоящая работа. Альфред и Айзенштейн в «Летучей мыши», барон и слуга в «Цыганском бароне», граф Данило в «Веселой вдове», Герман в «Роз-Мари». За тридцать четыре года работы в театре Владимир Андреевич объездил с гастролями всю страну. Трудно назвать город в Советском Союзе, где бы ему не приходилось петь.
Что привлекает зрителей в этом актере? Что сближает современника с его героями? Бесконечно далек от нас головокружительно — блестящий праздный мир героев классических оперетт. Но не далеки их чувства и поступки. И эту близость переживаний, созвучность сегодняшнему дню необходимо донести до зрителя, заставить его «услышать» своего героя. Иными словами, Сухов не только и не столько развлекает зрителя, удивляет высокопрофессиональным исполнением той или иной роли, но прежде всего  воздействует  на  него духовно.
Такими живыми и близкими для современника стали Ринальдо из оперетты Мадуньо «Черный дракон», Лешка из «Восемнадцати лет», Яшка-Буксир из «Белой акации», Ромео из «Ромео — мой сосед» и другие. Любимые персонажи Сухова обладают, как правило, характерами энергичными и темпераментными, озорными и бесшабашными. Артист любит роли, дающие возможность импровизировать на сцене, отойти от сложившихся представлений об образе. Его героям чужды высокопарные ноты, холодный пафос. Он никогда не играет так называемых Героев Героичей. И хотя у каждого артиста театра оперетты, как правило, есть амплуа, Сухов старался в каждом новом образе отойти от традиционных рамок, внести какие-то новые, оживляющие штрихи, поменять устоявшийся пластический рисунок роли.
Тридцать два года назад Владимир Сухов приехал в Караганду, где создавался новый театр, и стал одним из ведущих артистов труппы, сыграл значительную роль в становлении нового театрального коллектива. Широкий актерский диапазон позволял В. Сухову исполнять и сложные вокальные партии классического репертуара, и комические роли. Он сыграл более ста больших и малых ролей в опереттах классического и советского репертуара. Это и Герман в «Пиковой даме», и Генка Бессмертнов в «Севастопольском вальсе», и князь Шакро из оперетты Л. Лядовой «Под черной маской»…
И даже теперь, когда за плечами богатый творческий опыт, когда появились уверенность и мастерство, он все равно, выходя на сцену, каждый раз волнуется. Не от боязни показаться неловким и смешным, как в первой своей роли, а от желания быть понятым и услышанным и самым неопытным, и самым искушенным зрителем.

16/03/07

Добавить комментарий