Реклама

Перестройка ликвидировала цензурную составляющую и любые рецензии в части издательского дела. Появились в большом количестве «толстые» газеты. Они старались перещеголять друг друга в сенсационности приводимых сведений. Случайно я прочитал один из таких материалов в газете «Дайджест-Куранты» (№ 7, 1992 г.) под заголовком «Сестра Ягоды». Автор Виктор Юнак подготовил его на основании знакомства с книгой деятеля Коминтерна, австрийца Карла Штайнера, который в Норильске в 1939 году работал некоторое время с Таисией Григорьевной Ягодой, сестрой первого наркома НКВД Г.Г.Ягоды.

Приводимые в статье факты противоречили автобиографии Т.Г.Мордвинкиной-Ягоды, которую она составила в свое время при поступлении на работу в Карагандинский научно-исследовательский угольный институт. Так, К.Штайнер ошибся в возрасте напарницы на 12 лет. Он же пишет, что после освобождения из заключения в 1946 году ей не разрешили устроиться в Красноярске и «заставили осесть в небольшом городишке, где она жила в большой нужде… врач Залкин не дал ей умереть».
Привожу автобиографию, что своей рукой написала Т.Г.Ягода: «Год рождения 1895. Место рождения – г.Рыбинск Ярославской области. Отец – рабочий, революционер, мать – домохозяйка. В 1913 г., окончив Нижегородскую гимназию (в настоящее время Горьковскую), я переехала в Москву, к сестре, и жила там до 1916 г.

В 1916-1919 гг. жила в Петрограде, где училась в Женском Медицинском институте и работала в статистическом отделе Союза Городов. В 1919 г. эвакуировалась в Москву и до 1925 года работала в Тресте текстильного машиностроения (Текстильмаштрест) заместителем заведующего секретной частью. В 1925-1933 гг. не работала по болезни туберкулезом легких. В 1933-1937 гг. работала и училась в Московском Исследовательском институте редких металлов, специализируясь на инженера-радиолога. В 1938-1946 гг. не работала по не зависящим от меня обстоятельствам (была репрессирована – Ред.). В 1946-1948 гг. работала на Аффинажном заводе г.Красноярска в должности химика-аналитика по спектральному анализу редких металлов. В 1948-1949 гг., переехав в г.Караганду, работала в Карагандинском горном техникуме в должности секретаря-машинистки. В 1949 г. меня сослали в Долгий Мост Красноярского края. В 1954 г. ссылка была снята.

Я освободилась и переехала в г.Канск Красноярского края, где в 1955-1957 годах работала на Текстильном хлопчатобумажном комбинате, на ткацкой фабрике №2 разборщицей шпуль. 7.08.57 г. Т.Мордвинкина».

Т.Г.Мордвинкина была принята на работу в КНИУИ библиотекарем и уволена с этой должности 12 марта 1968 года. Как видно, при встрече с К.Штайнером в 1939 г.
ей было 44 года, а не 32. В Красноярске она работала по специальности химика и имела гарантированный заработок, что давало ей возможность сносно существовать.
Караганда 1950-х годов была густо заселена бывшими «противниками» советского строя. Освободившиеся из Карлага зеки с высшим образованием были востребованы в «Карагандагипрошахте», Горном институте, Учительском институте, Горном техникуме и многих школах.

Трудоустройством занимались спецкоменданты, по звонку которых и проходил прием перевоспитанных «врагов народа». Директор КНИУИ Г.Е.Иванченко рассказывал мне: «Звонили, рекомендовали принять на должности лаборантов, младших научных сотрудников. Так начинали свою вторую жизнь классные специалисты. В Караганду Т.Г.Мордвинкина приехала к младшей сестре Фриде, которая отбывала наказание в Карлаге и, освободившись, работала домработницей. Сестры жили вместе, слабея с возрастом. Много лет за ними ухаживала медсестра Вера Петровна Быкова. Она рассказывала: «Возраст брал свое, и сестёр пришлось отправить в Тихоновский дом престарелых. Фрида скоро скончалась. За Таисией Григорьевной приехала дочь из Гатчины. Она решила забрать мать к себе. Перелет Таисия Григорьевна перенесла тяжело и в Гатчине скончалась. Ей шел 93-й год…».

Я был знаком с Таисией Григорьевной. Как сотрудник КНИУИ, общался с ней по работе. Мы беседовали иногда о её прошлом. Жизнь Т.Г.Ягоды-Мордвинкиной была очень и очень трудной. Разве была она виновата, что оказалась сестрой наркома? Пожалуй, вот в этом я готов согласиться с автором «Дайджест-Курантов». До недавнего времени вторжение в семейные дела государственных иерархов советских времён оставалось недопустимым. Занавес приподнял И.А.Зенькович в книге «Самые секретные родственники» (М., 2005, 511 с.), в которой он коротко сообщает о сёстрах Г.Г.Ягоды.
Фрида Григорьевна Фридлянд-Ягода (1899-?) реабилитирована в 1957 году. В 1960 году проживала в Караганде.

Таисия Григорьевна Мордвинкина-Ягода «в 1966 году обращалась в КПК при ЦК КПСС с просьбой о пересмотре дела брата. В просьбе отказано. Во времена М.С.Горбачёва уцелевшие родственники Г.Г.Ягоды вновь поставили вопрос о его реабилитации. Однако 4 февраля 1988 г. пленум Верховного суда СССР оставил приговор без изменений».

Мужем Таисии Григорьевны был журналист Владимир Юрьевич Мордвинкин (1899 г. – 20.04.1946 г.), в прошлом ответственный секретарь «Известий», затем заместитель начальника Главлита. После ареста жены жил под негласным надзором в Саратовской области с дочкой Виолой, 1933 г.р. Умер в полной нищете, лишённый какой-либо работы. Девочка после смерти отца перебралась к матери в Караганду. Окончила школу, Карагандинский медицинский институт, получила диплом врача. С 1998 года стала жить в Израиле.

Гулаговские годы, черные времена террора стали испытанием для победителей и побежденных, между которыми после 1917 года шло соревнование в уничтожении не только идейных борцов, но и их жен, сестер, братьев, детей.

Добавить комментарий