Реклама

Какое настоящее у литературы российских немцев? Что её ждёт в будущем? Кто-то считает нашу литературу фикцией, а я назову – феноменом. Только феноменальное явление может выжить в невыносимых условиях. В сталинское время наш писательский контингент, наряду с другими соплеменниками, оказался в условиях депортации, трудармии, комендатуры, строжайшей цензуры. Российские немцы потеряли право получать высшее образование, немецкий язык стал языком-изгоем. Но российско-немецкая литература не умерла. Она продолжала развиваться, хотя и в искажённом виде.

 

В советское время называли пять немецких литератур. Это были литературы ФРГ, ГДР, Австрии, немецкоязычной Швейцарии, немцев Румынии. Как видим, исследователи не указывали нашу, российско-немецкую литературу в этом перечне. Но быть игнорируемым – не значит умереть.
Сегодня на страницах «DAZ» писатели и учёные размышляют о литературе российских немцев.

Игорь Гергенрёдер, российско-немецкий писатель-романист (Берлин):

«Литература российских немцев, этноса, который законсервировался в иноязычном окружении, должна быть обращена в историю, включая в себя вывезенные с родины поверья, мифы или их отзвуки. В ней также должны отразиться предания о переселении, о бедах и радостях, о встрече с новым, о первых посевах и урожаях, об отношениях с местными жителями.
И если позднее эта литература стала (станет?) русскоязычной, в ней не могут не сохраниться связи с прошлым, особенности быта российских немцев, их менталитет, характеры, память о конфликтах. Бабушка рассказывала мне, что в детстве слышала о пьесах немцев Поволжья и помнит, что в одной было о похищении девушки-немки кочевниками и истории ее жизни. Я не знаю российско-немецких произведений, где встречалось бы что-либо подобное, и их можно было бы сравнить по областному характеру с «Тихим Доном». Кто из авторов возьмется создать подобную вещь? Если ему это удастся, литература российских немцев займет свое место в мировой литературе».

 

kultur_31_10_2.jpgИнга Томан, кандидат исторических наук, доцент Института туризма и гостеприимства (Москва):

«Давайте обратимся к понятию «российские немцы». Казалось бы, ясно, что это потомки эмигрировавших в Россию выходцев из германских земель. Однако значительную их часть правильнее назвать русскими с немецкими корнями. Их предки давно или недавно породнились с русскими, их родной язык русский, они воспитывались преимущественно на русской культуре. Нередко у русских с немецкими корнями есть и другие корни, и тогда перед ними встает вопрос о национальной самоидентификации. На него отнюдь не обязательно отвечать, и задавать его другим тоже не стоит, иначе можно уподобиться не очень умным взрослым, спрашивающим ребенка, кого он любит больше, маму или папу. Впрочем, как у детей возможны определенные предпочтения, так и у людей, корни которых теряются в глубине разных этносов, есть право выбирать, кем быть: русским, российским немцем или кем-то еще.
Но, повторяю, совсем необязательно «прибиваться» к какому-либо этносу. Иногда честнее называть себя космополитом. Для многих это почти бранное слово, но не надо его бояться. Космополит – это гражданин мира, свободный от национальных пристрастий и предрассудков, для кого личность и ее достоинство превыше национальных и государственных интересов. Для сохранения душевного здоровья лучше принадлежать к какой-либо национальности и конфессии: это дает ощущение почвы под ногами, уверенности, чувство локтя. Впрочем, забота о душевном, как и физическом, здоровье требует некоторых жертв…
Но вернемся к понятию «российские немцы». Разумеется, есть такой народ. И есть люди с немецкими корнями. Одни из них считают себя российскими немцами, а потому и являются ими, ибо в вопросе о национальной принадлежности первостепенное значение имеет самоидентификация. Другие таковыми себя не считают, причисляя себя к другим национальностям или, гораздо реже, к космополитам. Странно было бы относить к российским немцам людей, которые никогда об этом не помышляли. Узнав об этом, одни недоуменно пожали бы плечами, а другие могут возмутиться, а то и в гробу перевернуться.
А теперь – о будущем российско-немецкой литературы в России. Ее авторы – это российские немцы и русскоязычные представители разных национальностей с немецкими корнями. Вторых со временем будет все больше, и русский язык постепенно вытеснит немецкий. Сюжетов, относящихся непосредственно к судьбам российских немцев, будет меньше. Процесс ассимиляции объективен и неизбежен, и сетовать по этому поводу так же бессмысленно, как жаловаться на законы природы. Так значит русско-немецкая литература обречена? – Ни в коем случае.
Авторы российско-немецкой литературы – люди с уникальным мироощущением и жизненным опытом, связанными с их происхождением. Это люди, вздыхающие в России о родине предков, и тоскующие в Германии по волжским степям; это те, кого в России считают немцами, а в Европе – русскими; это те, кто может о себе сказать словами Франсуа Вийона: «Я всеми принят, изгнан отовсюду». В общем, им есть что поведать о себе, и то, что они скажут, будет интересно и важно для всех мыслящих людей, независимо от их национальной принадлежности.
Душевный комфорт и покой, чувство стабильности – это прекрасно, но на данной благодатной почве никогда не вырастет высокая литература. У нее иной источник: неприкаянность, одиночество и вечная неуспокоенность. А это есть и будет в избытке у авторов российско-немецкой литературы».

kultur_31_10_3.jpgСветлана Ананьева, кандидат филологических наук, заведующая отделом мировой литературы и международных связей Института литературы и искусства им. М.О. Ауэзова Министерства образования и науки Республики Казахстан (Алматы):

«Вспоминаю, как в мае 2005 года Алексей Иванович Чагин подарил только что изданный отделом литератур народов России и СНГ ИМЛИ им. А.М. Горького РАН в сотрудничестве со специалистами из академических учреждений и вузов России первый в российской науке словарь «Литературы народов России: ХХ век» (отв. редактор – доктор филологических наук Н.С. Надъярных).
Примечательно, что в 2004 году авторским коллективом отдела мировой литературы и международных связей ИЛИ им. М.О. Ауэзова была издана коллективная монография (с привлечением известных специалистов в области национальных литератур) «Литература народов Казахстана» (отв. редактор – академик НАН РК С.А. Каскабасов).
Уникальность подобных научных изданий в том, что их авторы прослеживают становление и основные этапы развития национальных литератур, выявляют общее и специфичное. На страницах российского и казахстанского изданий были представлены главы о немецкой литературе.
Обстоятельную главу о литературе российских немцев и ряд персоналий для словаря «Литературы народов России: ХХ век» написал известный писатель, переводчик, публицист Герольд Бельгер. Авторами раздела алматинской коллективной монографии стали Елена Зейферт и автор этих строк.
Объективно и взвешенно повествует Герольд Бельгер о литературе, опиравшейся в своем формировании на немецкую и русскую классические традиции. Исследователь считает, что ее истоки в России конца ХIХ – начала ХХ века заложили поэты и прозаики Д. Куфельд, Ф. Бах, А. Лонзингер, Г. Люфт.
Путь немецкой литературы в России оказался тернист. В конце 30-х годов ХХ столетия ее развитие практически прервалось. В 1941 году автономия российских немцев была ликвидирована (об этих трагических моментах Г. Бельгер пишет в своем романе «Дом скитальца»), народ подвергся насильственной депортации. Закрывались школы, институты, театры и издательства, журналы и газеты.
Лишенные возможности публиковаться на немецком языке, Ф. Больгер, Э. Гюнтер, Г. Генке, Д. Гольман, Р. Жакмьен свои стихотворения и очерки стали публиковать в русской прессе Сибири и Казахстана.
Начало возрождения литературы российских немцев Г.Бельгер относит к 1957 году, когда была восстановлена центральная газета «Нойес Лебен», а с 1966 года начался заметный подъем в ее развитии. Но распад СССР повлек за собой закрытие немецких редакций при издательствах, ослабление контактов и творческих связей между литераторами, оказавшимися в разных суверенных государствах, эмиграцию в Германию (где с 1995 года в Гёттингене издается журнал «Ост-Вест-Диалог»).
Герольд Бельгер и сегодня в Казахстане является не просто яркой, но и особо значимой, знаковой фигурой, соединяющей российско-немецкую и немецкую литературы Казахстана. Многое для сплочения литературных сил сделал альманах «Феникс» (главные редакторы – Г. Бельгер и Л. Вайдман).
Российско-немецкая литература, будучи своеобразной преемницей литератур России и Германии, просто не может не иметь перспектив в своем дальнейшем развитии. Елена Зейферт в Москве, Александр Ауэр в Коломне и многие, многие талантливые поэты и прозаики будут продолжать ее славный путь. Немецкая культура и литература стали неотъемлемой составляющей советской и российской культуры, хочется надеяться, что так будет и в дальнейшем. Литература каждого народа работает на обогащение мировой».

kultur_31_10_4.jpgГеннадий ДИК, литератор, главный редактор журнала «Немцы из России» (Орлинггаузен):

Облака моей родины
принимают очертания
наших бед, наших побед
нищеты, надежды, величия,
желания вырваться
из оков бесчестия,
за пределы свершившегося.

Нигде на свете
нет таких облаков,
столько говорящих
им, нам, тебе,
мне одному…

Вальдемар Вебер, 1994 г.

— Литература российских немцев мертва, — как-то заявил мне один издатель из местных немцев. – И никто ее уже не оживит!
Я не стал с ним спорить. Разговор был телефонный, а я не люблю обсуждать серьезные вопросы по телефону. Но эти его слова сильно меня задели. Я сел за стол, взял ручку, бумагу, собираясь написать ему ответ… Подумав с минуту, рассмеялся!
Литература мертва! А это означает, что и культура мертва! И, получается, что в нас нет ничего своего? Немецкое в нас — от немецкой культуры. Русское — от русской культуры. Да, но как раз эти простые аргументы и доказывают, что две эти культуры, соединившись в единое целое, должны были породить нечто новое… Что, собственно говоря, и произошло!
Я не в достаточной мере знаю о том, как развивается литература российских немцев в республиках СНГ, но зато мне хорошо известно, что происходит с ней в Германии. А здесь процесс литературного брожения (как в бочке с хмельным напитком) порождает целый «букет» разнообразных по содержанию и форме произведений на двух языках: немецком и русском.
Уровень этих произведений, как и везде, разный.
Творения тех авторов, которые без устали издают за свой счет или же за счет спонсоров бездарные произведения, я бы назвал «прокисшим пивом». Об этих работах не стоило бы говорить, если бы не странный парадокс: их читают, авторов иногда хвалят в печати и с высоких трибун. Называть имена этих «пивоваров» я не вижу смысла, так как каждое неосторожное их упоминание добавляет славы их носителям. Впрочем, плохое пиво всегда варят там, где его охотно покупают.
«Брагой» я именую литературу, которая, хотя и является талантливой, но недостаточно отредактирована. Такие тексты вызывают недоумение у любого читателя, который в достаточной степени владеет русским и немецким языками.
Самое любопытное, что эти произведения оседают в солидных библиотеках, и наши потомки, изучая их, наверняка, вспомнят о том, что Ленин когда-то в России подписал декрет «О ликвидации безграмотности».
Имена этих авторов я тоже не буду называть, так как есть еще надежда, что они когда-нибудь ознакомятся с вышеназванным декретом и вышлют в библиотеки хорошо отредактированные варианты своих книг.
А теперь поговорим об изысканных «напитках» нашей литературы. Вернее об авторах, которые в винокурнях творческого процесса, производят произведения, от которых «пьянеешь».
В поэзии особенно выделяются два имени: Вальдемар Вебер и Александр Шмидт. Прекрасно овладели таинствами русского языка Светлана Фельде, Курт Гейн, Иоганн Бер, Владимир Эйснер. Без конца смешат публику или же посмеиваются над ней Александр Райзер и Владимир Штеле. У нас наконец-то появились авторы, которые пишут добротные детективы и любопытную фантастику; серьезную конкуренцию местным писателям и поэтам составляют Виктор Гейнц, Венделин Мангольд, Лора Раймер, Райгольд Ляйс, профессор Генрих Киршбаум.
Количество талантливых авторов постоянно растет, поэтому литература, которую создают российские немцы, жива и умирать не собирается.
Только один вопрос тревожит: где они — облака нашей Родины? Кто скажет, в какую сторону они плывут?..»

Беседу вела Елена Зейферт

Добавить комментарий