Реклама

Нападение фашистской Германии на СССР ввергло советских немцев в бездну неисчислимых страданий и бедствий; война с Германией означала ликвидацию национальной государственности, полное бесправие – лишение всех человеческих и гражданских прав.

Продолжение. Начало в предыдущем номере.

28 августа 1941 года Президиум Верховного Совета СССР принимает указ
«О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья», а 7 сентября того же года – «Об административном устройстве территории бывшей Республики немцев Поволжья». Республика была ликвидирована, а ее территория расчленена на две части, перешедшие в состав Саратовской и Сталинградской областей.

В указе говорилось: «По достоверным данным, полученным военными властями, среди немецкого населения, проживающего в районах Поволжья, имеются тысячи и десятки тысяч диверсантов и шпионов, которые по сигналу, данному из Германии, должны произвести взрывы в районах, заселенных немцами Поволжья. В сентябре-октябре 1941 г. Госкомитет Обороны (ГКО) за подписью И. Сталина принимает серию постановлений о депортации немцев из Москвы и Московской области, Краснодарского, Орджоникидзевского краев, Кабардино-Балкарской и Северо-Осетинской АССР, Тульской, Запорожской, Сталинской, Ворошиловградской, Воронежской областей, Грузинской, Азербайджанской и Армянской ССР, Дагестанской и Чечено-Ингушской АССР.

Руководство переселением было возложено на НКВД СССР, который в кратчайший срок – 5 дней – перебазировал сотни тысяч людей в Сибирь, Казахстан, Среднюю Азию. Постановление ГКО лицемерно предлагало расселить немцев в сельской местности в «пустующих строениях». На деле это обернулось высадкой людей в степи, на голом месте. Только благодаря милосердию местных жителей – казахов, узбеков, таджиков, русских, предоставивших несчастным людям кров, многие женщины и дети не умерли от голода, холода и болезней.

Сотни тысяч семей были сорваны с родных мест и переброшены в дальние, необжитые края, а мужчины мобилизованы в трудовые лагеря. Но и этого – для тех, кто направлял курс государственного корабля, – казалось недостаточным.

7 октября 1942 года Госкомитет обороны принимает постановление «О дополнительной мобилизации немцев для народного хозяйства СССР». Это один из самых трагических документов истории. В нем содержалась директива: «Дополнительно мобилизовать в рабочие колонны на все время войны всех немцев мужчин в возрасте 15-16 лет и 51-55 лет включительно…»

Авторы постановления обрекли на мобилизацию в рабочие колонны на все время войны также женщин-немок в возрасте от 16 до 45 лет включительно. Освобождены от мобилизации были только беременные и имеющие детей в возрасте до 3-х лет. Дети старше трехлетнего возраста, разъяснялось в документе, «передаются на воспитание остальным членам данной семьи. При отсутствии других членов семьи, кроме мобилизуемых, дети передаются на воспитание ближайшим родственникам или немецким колхозам».

ГКО обязал местные Советы депутатов трудящихся «принять меры к устройству остающихся без родителей детей в детских домах, мобилизуемых…» и установил уголовную ответственность немцев «как за неявку по мобилизации на призывные или сборные пункты, так и за самовольное оставление работы или дезертирство из рабочих колонн…».

Это бесчеловечное постановление раскололо немецкие семьи (в каждой семье было, как правило, по 6-8 детей), разорвало родственные связи: отцы, мужья, братья оказались на все время войны в полной изоляции в рудниках и шахтах Сибири и Казахстана. Матери, жены и сестры – на предприятиях нефтехимической и горной промышленности Сибири. Дети – сироты при живых родителях, в лучшем случае – на попечении родственников преклонного возраста, в худшем – в детских домах при колхозах. Многие малыши погибли от недоедания и болезней.

Это варварство испытал и я. Женщин, в числе которых была моя мать, тетя Вера и жена дяди, собрали на площади. Остаться с пятью детьми выпало тете Вере. Но я уцепился за мать и орал так, что военный, группировавший женщин по подводам, скомандовал: «Заткните его, или это сделаю я. Оторвать меня от ноги матери никому не удалось. Подошла тетя Вера, вся в слезах, и сказала: «Маруся, оставайся с детьми ты, а я пойду в трудармию. Ты легче справишься с детьми… Так я уберег свою маму от трудармии».

Российских немцев, как опасный «спецконтингент», разбросали по всей стране. Это был поистине сатанинский план, и он удался Сталину и Берии на славу. В рудниках и на лесоповалах, на фабриках и заводах российские немцы вместе со всем народом самоотверженным трудом укрепляли обороноспособность страны, обеспечивали победу над фашистской Германией. Но и после того, как враг был повергнут, бдительное сталинское руководство видело в советских немцах только «пятую колонну»!

8 января 1945 года Совет Народных Комиссаров СССР принимает постановление «О правовом положении спецпереселенцев», определившее бесправное положение немцев на многие годы. Это была та же тюрьма, только без ограждений из колючей проволоки. Спецпереселенцы не имели права без разрешения коменданта спецкомендатуры НКВД отлучаться за пределы района расселения; самовольная отлучка рассматривалась как побег и влекла за собой кару в уголовном порядке.

Но жестокость творцов сталинской национальной политики не знала предела. 26 ноября 1948 года принимается указ Президиума Верховного Совета СССР, в котором с иезуитским хладнокровием сообщалось: «Депортированные народы, в том числе немцы, переселены «в отдаленные районы Советского Союза… навечно, без права возврата их к прежним местам жительства». За самовольный выезд (побег) из мест обязательного поселения устанавливалась уголовная ответственность – 29 лет каторжных работ. Клеймо поднадзорных было снято с немцев только после смерти Сталина – в 1955 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 13 декабря немцы были освобождены из-под административного надзора органов МВД, но возвращаться в места, откуда были выселены, не имели права.

И только с наступлением «оттепели», когда был разоблачен культ личности Сталина, появилась надежда на избавление от национальной и социальной дискриминации. 29 августа 1964 г. Президиум Верховного Совета СССР принял указ «О внесении изменений в Указ Президиума Верховного Совета СССР от 28 августа 1941 года «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья», утверждавшего, что обвинения были неосновательны и явились проявлением произвола в условиях культа личности Сталина.

Получив политическую реабилитацию, ни в чем неповинные советские немцы, стремятся восстановить национальную государственность. Из их среды выдвигается инициативная группа, которая готовит письма и обращения в ЦК КПСС, правительство с просьбой восстановить Республику немцев Поволжья. В 1965-1988 гг. в Москву снаряжается ряд инициативных групп для встречи с руководителями государства. На приемах в Президиуме Верховного Совета СССР, ЦК КПСС, редакциях газет и журналов делегации рассказывали о чудовищной несправедливости по отношению к их народу, доказывали, убеждали в необходимости решить вопрос о воссоздании АССРНП, представляли письменные заявления с тысячами подписей. Все было тщетно. Их вежливо принимали и давали неопределенные обещания.

Остановить подъем народного движения уже было невозможно

Москву закидали письмами оставшиеся в живых ветераны – творцы славной истории российских немцев, интеллигенты, писатели и журналисты. Одна за другой в столицу прибывали новые делегации, численность которых все возрастала. Росла и настойчивость делегатов, их решимость в достижении результатов.

Идея реабилитации невинных российских немцев уже не выглядела уделом одиночек, которым навешивали ярлыки националистов, она стала целью борьбы всех российских немцев. Показателем размаха зарождающегося национального движения российских немцев стало их широкое участие в организованной в Москве Учредительной конференции, на которую прибыло 135 делегатов из 38 областей всех
республик Советского Союза.

Сама конференция стала началом борьбы народа за свое национальное существование, первой схваткой с государством, не желающим отказаться от права единолично решать судьбу малых народов, отказывая в этом самому народу. Организаторы конференции, ее учредители взяли это право в свои руки. В национальном движении российских немцев наступил этап превращения неформальных общественных объединений в официально признанные, чтобы провозглашенное «содействие Правительству СССР в восстановлении АССРНП» стало реально приемлемым и возможным.

Владимир Ауман

Продолжение в следующем номере.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here