В этом году исполняется десять лет со дня смерти писателя и журналиста Артура Фридриховича Германа – дяди Анны Герман по отцовской линии, который первым открыл миру правду о её семейных корнях. Его не стало 14 декабря 2011 года, он ушёл на 92-ом году жизни в г. Wittenberg (Германия).

Уже живя в Германии, на одной из традиционных встреч литераторов в Оерлингхaузене в земле Се́верный Рейн-Вестфалия (Nordrhein-Westfalen) мне посчастливилось с ним познакомиться, а в 2005 году он прислал мне письмо с обращением к общественности (оно касалось вопроса о происхождении Анны Герман) с просьбой посодействовать в его опубликовании в Москве в «Литературной газете», а вместе с ним коллективного фото семьи Фридриха Германа, дедушки Анны, и трёх снимков Давида Нойвирта, на которых Анна изображена в гостях у него и у его сестры Луизы в Целинограде в 1973 году.

Вскоре последовал звонок Артура Германа, и в телефонном разговоре он ещё раз выразил желание придать широкой огласке правду о происхождении племянницы. Я, помнится, написала тогда в «Литературную газету», но ответа, к сожалению, не последовало. Незадолго до своей смерти Артур Герман выполнил давний свой долг. Он написал книгу «Неизвестная Анна», из которой читатели впервые узнали скрывавшуюся многие десятилетия правду о том, что она родилась в Советском Союзе, что она из российских немцев, что её отец Ойген Герман был расстрелян в 1938 году в Ташкенте. Но его тревожило то, что, несмотря на выход книги, в прессе продолжали культивировать польское происхождение певицы. Благодаря семейному фото дядя и племянница нашли друг друга. Вот как описывает это волнующее событие Артур Герман в книге «Неизвестная Анна»: «Когда я, корреспондент немецкой газеты «Фройндшафт», пришёл к ней в гостиницу «Ишим», дверь мне открыла, приветливо улыбаясь, златокудрая Анна. После обмена формальными любезностями я спросил, как мне её называть по отчеству – мне нужно было услышать имя Ойгена, хотя уже по её внешности я мог быть уверен, что наши догадки оправдаются.

– Евгеньевна, – ответила она несколько сдержанно.

Тогда я достал семейную фотографию из внутреннего кармана, который из-за волнения с трудом нашёл, и спросил:

– Вы тут кого-нибудь узнаёте?

– Wo ist er? – вырвалось у неё на немецком, её родном языке. – Wir haben so ein Foto zu Hause (Где он? У нас такая фотография есть дома).

И дальше вся беседа шла уже на нашем родном языке. Слёзы и объятия, но на её вопрос я не смог ответить – «das wollte ich von dir erfahren» (Это я хотел узнать от тебя)».

Надежда Рунде

Поделиться
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  • 99
  •  
  • 5
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
    104
    Поделились