Энсхеде – город в Нидерландах, который, как иногда шутят, существует для немцев. На выходные многие едут сюда семьями, чтобы «закупиться». Это не так близко, но здесь всегда все двери открыты для покупателей. Даже по воскресеньям, когда в Германии торговля стопроцентно отдыхает.

Что нельзя купить в Германии, чтобы ради этого чего-то ехать за границу? Вопрос повисает в воздухе. Но вот она, цель: все едут в Энсхеде за рыбой, давайте и мы. И сразу перед глазами встает «Рыбная лавка» Франса Снейдерса и какие-то еще натюрморты, где рыба не еда, а искусство. Решение принимается быстро – всего-то 260 км. Впервые мы собираемся за пределы Германии.

В страну, которая является конституционной монархией, входит в десятку самых богатых стран мира, где живут самые высокие люди и самая высокая плотность населения. Скоро все увидим сами.

Проезжаем под камерами

Синоптики обещали антициклон, а в шесть утра – непроглядный туман. Но нас не остановить. Скоро и солнце пробилось сквозь облака, и, конечно, мы радуемся, что, возможно, это последнее тепло так удачно совпало с нашим путешествием. Дорога постепенно выравнивается, и граница встречает нас аркой с телекамерами. Вот и вся погранзастава в Европейском союзе. Никто не проверяет документы, не просит открыть багажник. Едем дальше.

И все-таки другая страна

Как бы тесно не соприкасались Голландия (ныне надо называть Нидерланды и только) и Германия, проехав под аркой, мы оказываемся в другой стране. Дорожные указатели, разметка выглядят иначе, а Энсхеде встречает нас велодорожками. По обеим сторонам дороги визуально один метр в ширину, а, может, и больше отданы велосипедистам. Как назвать это зрелище, когда красивые элегантные женщины с роскошными волосами едут на велосипедах по каким-то делам? Мужчины тоже едут, но они не так бросаются в глаза, как дамы. Есть еще нюанс: для автобусов в Энсхеде дорога тоже отдельная. Это как торт: узкая дорожка для велосипедистов, дальше две полосы в одну сторону для автомобилей, потом широкая полоса, на которой автобусы вполне спокойно разъезжаются, а дальше снова две автомобильные полосы уже в другую сторону, и снова велосипедная. Кстати, для велосипедов установлены отдельные светофоры.

Центр притяжения

Рынок, церковь и красивый дом богатого человека стали началом города и центром притяжения крестьян, ремесленников, торгового люда. История Энсхеде годами подбирается к тысячелетию, но ее прерывали катастрофические пожары. Трижды город выгорал дотла, но возрождался, хотя его жителей и вписали в европейскую хронику как «поджигателей». Но редко какие города не горели тогда, когда пожарная безопасность еще не входила в число государственных приоритетов. В 1939-м Энсхеде стал едва ли не первым городом в Голландии, который оккупировали войска Вермахта. Опять же по причине географической, даже название переводится как «Город на границе». Жители прятали на своих фермах местных евреев, драматизма хватало. В 70-е годы ХХ века город пережил глубокий кризис – обанкротился, потому что лишился текстильной промышленности, которая его кормила и одевала. Если кто-то помнит, в русском языке когда-то бытовало слово «бумазея» – это ткань изо льна и хлопка. Ее отправляли на экспорт и получали хорошие доходы. Не стало бумазеи, и вся провинция (Оверэйссен) стала считаться самой бедной в стране.

А потом власть сделала резкий рывок – тот самый шоп-туризм. Шикарные магазины, бутики, базары быстро вернули городу шик и блеск.

Старый рынок

Ставим машину в подземную парковку – три евро в час, дороже, чем в Германии. Когда будем возвращаться, парковка выдаст нам билетик-сувенир с рекламой, на который кто-то невидимый поставил номер нашей машины, и все шлагбаумы откроются без какого-либо участия с нашей стороны. Ну, а пока мы идем на Старый рынок, где Настя (она из нашей семьи) вдруг увидела героев Диккенса:

– Очень похожи, такими я их представляла, когда читала, – говорит она.

В рыбных рядах торговцы действительно колоритного вида. Огромные и маленькие, с татуировками и без, медлительные и необыкновенно шустрые. У каждого половина товара – свежая рыба, а половина – жареная. Если хотите, вам расскажут историю рыбака Виллема Якоба Бёкельцоона, которому первому в мире пришла в голову гениальная мысль солить сельдь. Эта рыба считалась малосъедобной, лишь бездомные бродяги утоляли ею голод, так как она была горькой. И как уж Виллем догадался, что все дело в жабрах? Он стал их удалять прямо в море, а потом солил рыбу. Это был конец XIV века – с тех пор соленая сельдь, в нашем просторечии «селедка», стада достоянием человечества. Под этот завораживающий рассказ на немецком мы и купили ведерко голландской сельди. Дома распробовали – жирная, малосоленая, вкусная.

Вполне возможно, что из всех шоп-туристов в этот день мы были самыми скромными. Цены здесь высокие, в том числе на рыбу. Сыр тоже не дешев – полкилограмма какого-то сорта взяли на пробу – вкусный. Это уже дома узнали. А в Городе на границе мы угощаемся кофе. Можно назвать его и «велокофе», потому что вся кофейня устроена на велосипеде. Невероятное приспособление, на котором кофе варится и развозится. Махнули рукой: мужчина остановился, на наших глазах сварил. Предлагал разные добавки – кокосы, орехи, молоко, фрукты. На том же велосипеде все это можно измельчить и сварить и ехать дальше. Вслед за велокофейней долго тянется заманчивый аромат, который потом не раз еще вспомнишь.

Фишки шоп-тура

Нашу Настю я уже упомянула. У нее есть приятельница ростом выше 190 см.
Она говорит, что ездит в Энсхеде, чтобы почувствовать себя человеком. Странно слышать об этом в Германии, где высокорослые люди в большинстве. Но и высокий рост – понятие относительное. В Голландии (Нидерландах) средний рост – 183 см. Примерно наши 170 см. Высокие – это когда под два метра, а то и больше. Энсхеден тому пример. Еще раз вспомню Настю, которая отнюдь не маленькая, но здесь чувствовала себя Дюймовочкой.

Любовались мы не только высокими горожанами, но и открытыми их лицами. Пожалуй, только наша семья опасалась снимать маски. А местные спокойно себя чувствовали без них, в том числе внутри помещений. В Нидерландах уже сняли запреты, как говорят, под давлением общественности. Это тоже может показаться странным, потому что страна совершенно миролюбивая и спокойная. Хоть бы не сглазить, но здесь нет убийств. Самое большое преступление – украсть велосипед. А тут вдруг надавили на власти – нет маскам! Я бы нашла объяснение и этому. Для интереса можно заглянуть в историю страны, в ее колониальное могущество, осколки которого сохранились на планете и сегодня. Гордый дух не рассеивается веками.
А еще великая культура, прежде всего, живопись.

Из неувиденного

Шоп-туризм имеет свои особенности. Если выбираешься на несколько часов «закупиться», времени на поиски музеев не остается. У нас ребенок, нам пора домой. Как минимум, остался неувиденным канал Твенте-Рейн, как максимум – государственный художественный музей Твенте. Текстильный фабрикант Ян Бернард ван Хеек купил 140 полотен голландских мастеров – средневековых и современников мецената, художников XIX века. Картины подарил музею. Они стали основой фонда.
И, вероятно, будут причиной возвращения в Энсхеде.

Людмила Фефелова