Перед Ириной Ковалевой, дочерью известного казахстанского писателя Герольда Бельгера, стоит нелегкая задача – исследовать архивы отца и увековечить его память. Тысячи фотографий, сотни документов и рукописей Ирине предстоит сохранить в электронном виде и передать в музеи, создание которых планируется по всему Казахстану. Ведь человек жив, пока о нем помнят.

– На литературном вечере творчества Герольда Бельгера в Доме дружбы г.Алматы вы отметили, что в настоящий момент занимаетесь архивированием материалов, которые оставил ваш отец, широко известный и почитаемый в стране писатель и переводчик. Что планируется сделать с этим богатым наследием, представляющим большую ценность для последующих поколений и исследователей творчества писателя?

– Этот год, с тех пор как отец ушел от нас, стал для нашей семьи годом проб, ошибок, потерь и обретений. Что я под этим подразумеваю? В настоящий момент я занимаюсь многочисленными документами отца – рукописями, видео– и аудиоматериалами, огромным количеством писем.

Я чувствую себя геологом, постоянно натыкаюсь на какие-то «бриллианты», при этом меня ни на минуту не покидает чувство, что отец меня словно ведет. Если, к примеру, мне необходимо найти какую-либо рукопись, то сначала я обязательно смотрю на портрет отца, и если он, как мне кажется, дает мне одобрение, то я обязательно на нее наткнусь, а если же портрет «хмурится», значит, я ищу не в том месте. Поэтому вот так методом проб и ошибок я медленно исследую творчество отца. Он был невероятно аккуратен, пунктуален, организован, лично проделал огромную работу библиографа, с точностью описав все публикации и книги с названием, годом и местом издания, количеством страниц, на мой взгляд, это должен был выполнять не он, а десяток библиографов. Но несмотря на весь этот колоссальный труд он не оставил творческого завещания. Поэтому приходится через какие-то блокноты, записки, тетради, дневники находить что-то новое.

То, что уход отца для нашей семьи стал огромной потерей, это понятно, и довольно сложно об этом говорить. Но нашим обретением стали люди, которые окружали моего отца. Я даже не могу перечислись, какое невероятное количество людей за этот год в Казахстане обрушилось на меня. Сидя в Москве, 90 процентов из них я даже не знала. Это замечательные, талантливые, умные и интересные личности – литераторы, журналисты, редакторы, политики.

Я очень рада, что с каждым из них у меня есть какие-либо взаимодействия.

Ирина Герольдовна Ковалева– Ежегодно Герольд Карлович рассылал свои книги. Регулярно их получала и Ассоциация немцев Казахстана, а также люди, с которыми Герольд Карлович начинал в национальном общественном движении немцев. Продолжили ли вы данную традицию?

– Безусловно. У отца было множество правил, каждый год он отправлял в Туркестанский университет около 400-500 книг. И первое, что мы с мамой сделали, следуя его традиции, отправили 400 книг в Туркестан. Их выбор также шел методом проб и ошибок. Происходили уникальные вещи: книги стоят в отдельном шкафу, и я понимаю, что некоторые из них предназначены для отправки. Одни – известных и любимых авторов отца, они обязательно должны остаться в нашем доме, есть книги молодых авторов, имена которых мне ни о чем не говорят, и я на каком интуитивном уровне разбираю их.

Некоторые также оставляю дома, сложно сказать по какому признаку – по обложке или фотографиям. Сложно это объяснить. Проходит месяца три, и я вдруг, читая «Плетение чепухи», обнаруживаю, какие издания следует хранить дома, что книги этих замечательных авторов отец никогда бы не вынес из дома, что это молодые и очень талантливые писатели. Я бегу к шкафу убедиться, все ли книги на месте? Удивительно, все они стояли на месте в той же последовательности, как написано у отца. Он ведет меня, постоянно давая мне какие-то знаки, и я не перестаю в этом убеждаться.

Вторым этапом моей работы стала немецкая литература. Огромный шкаф книг немецких писателей и поэтов, фотографий и документов. Все это было передано в дар Немецкому дому г.Алматы. Затем в Северном Казахстане была конференция, посвященная творчеству отца, куда мы передали 74 его собственные книги для распространения в учебные заведения. Далее мы стали взаимодействовать с Национальной библиотекой РК, на базе которой было предложено создать музейную комнату. Мама некоторое время колебалась, ей было сложно решиться и отдать некоторые вещи отца, с которыми связана целая эпоха нашей семьи. К примеру, музей просил его легендарный стол и лампу, именно они запечатлены на сотнях фотографий, сделанных журналистами в разные годы. Стол, на котором отец творил на протяжении многих лет, маме очень дорог. Но многие вещи, которые, на наш взгляд, будут интересны людям, мы передали музею. Его кресло, ковер, чапан, корпешки, все его книги по экземпляру, а также книги, подписанные другими авторами, и невероятное количество сувениров.

Также с нами связался профессор Александр Андреевич Мерк, президент Экономико-Технического образовательного комплекса в Петропавловске, который на базе университета по своей собственной инициативе хотел бы открыть музей, ведь Северный Казахстан родина отца. Чем он нас удивил: оказывается, к нему приходят люди, которые еще помнят моего деда Карла Федоровича и бабушку Анну Давыдовну, приносят различные вещи, связанные с ними. Мы передали в Петропавловск картины, некоторые документы, книги.

– Что представляет собой архив Герольда Карловича?

– Очень много личных документов отца, удостоверения к многочисленным наградам, письма, телеграммы. Сохранились даже такие, которые отец писал в студенческие годы в Северный Казахстан. Все это я сканирую и архивирую. Некоторые вещи прошли совершенно уникальный путь. В свое время они были в г.Ташкенте у деда Карла. К примеру, дневник с рисунками отца, старинная книга нот, генеалогическое древо, которое отец создавал долгие годы. Он был просто помешан на этом, каждого представителя нашего рода старался изучить.

Долгое время все эти документы, записи, архив с фото Карла лежали в Ташкенте у моей двоюродной сестры, потом они переехали в Воронежскую область вслед за сестрой. Затем брат из Хакасии забрал все себе, после он прислал все мне в Москву, и уже я привезла их в Алматы. Одним словом, все эти уникальные документы проделали очень долгий путь.

Отец всегда активно сотрудничал с Архивом Президента, ежегодно сдавал туда сотни документов, продолжили эту традицию и мы. Прежде чем отдать рукописи, пришлось сверять, действительно ли они были уже опубликованы, и если это подтверждалось, то рукописи передавались в архив. Как и большое количество писем, телеграмм от Президента, Министра обороны и других известных личностей.

Также мы сотрудничаем с Интернет-компанией «Iлгерiлiк», которой передали 35 книг. В настоящее время их оцифровывают, и три из них – «Герольд Бельгер кiм», «Казахское слово» и «Рассказы об отце» – уже выложены для чтения в мобильном приложении iKitapDYKENI. Готовится роман «Зов». Приятно, что после того, как первые две книги были выставлены для чтения, число пользователей увеличилось на несколько тысяч.

Светлана Ананьева и Герольд Бельгер на встрече с читателями в Немецком доме в г.Алматы в 2013 году.В свое время отец собрал все письма от немцев в определённой последовательности, подготовив для публикации. Возможно, мы осуществим это совместно с Международным союзом немецкой культуры (г.Москва). Но невероятное количество писем еще требует изучения. Также есть в доме небольшой шкафчик, в который я пока боюсь даже заглядывать. Полагаю, что это совершено уникальные вещи, связанные с историей немцев. Там материалов не на один фильм наберется. Есть много видео– и аудиоматериалов, изумительные вещи. К примеру, приезд отца в Северный Казахстан, где ему был оказан такой теплый прием… Он приехал домой с немыслимым числом серебряных колец, которые ему дарили женщины, снимая со своих рук.

Я привела в порядок огромное количество фотографий, сделала семейный альбом, начиная с 30-х годов, каждое фото также сосканировала. Во время похорон ко мне нередко подходили люди, в частности, аспиранты, которые говорили, что теперь библиографы будут заниматься архивами Герольда Бельгера. К сожалению, пока этим занимаюсь я одна в ночной тиши. Это требует много времени, и я также стараюсь максимально уделить время маме, которая еще не совсем сильна и пока не отошла от такого удара. Слава Богу, она работает, ее очень выручает школа.

– Герольд Карлович был уникальной личностью. Разбирая на протяжении года архивные материалы, открыли ли вы лично для себя какие-то его новые человеческие и творческие грани?

– Безусловно. Есть вещи, которые он не успел мне послать. Для меня стал невероятным потрясением роман «Зов», в котором он указывает много личных фактов из биографии. Многие из них были для меня новы. Читая «Плетение чепухи», я поражалась тому, насколько правильно, точно и мудро с приведением цитат, исторических фактов излагал свои мысли мой отец в свои 80 лет, и насколько справедливый взгляд он имел на все вещи. К сожалению, сегодня, читая прессу, можно заметить много несправедливости, очень много однобоких взглядов и неправды.

Я, являясь гражданкой России, имею свое видение. В частности, что касается ситуации вокруг Украины. Поэтому я поражалась, почему люди, владеющие такими доступными средствами, как Интернет, СМИ, часто имеют очень однобокое мнение. А мой отец, даже не владеющий компьютером, обладал невероятно разносторонними знаниями. Это удивительный дар и, конечно же, опыт.

– Поделитесь вашими планами на будущее.

– Сейчас для меня самое главное – увековечить память отца. Нам было обещано, что через четыре года его именем будет названа улица и установлена мемориальная доска. Слава Богу, уже установили памятник. Планирую осуществить его мечту – издать отдельной книгой «Плетение чепухи», а это порядка 30 тысяч тетрадей, три тысячи страниц. Затем его вторая мечта – издать письма немцев. Давно ношу в планах снять фильм, не документальный, а художественный, на основе нескольких его произведений. В планах разобраться с его дневниками, которые он вел с десятого класса, их около 200.

К тому же очень много блокнотиков, которые он регулярно брал с собой во время прогулок. Важно ничего не упустить, более того, я уверена, что по ходу моей работы с его архивами возникнут еще какие-нибудь идеи.

– Ирина Герольдовна, большое спасибо за интервью. Желаем вам сил и неиссякаемого энтузиазма в сохранении того наследия, которое оставил наш любимый писатель Герольд Карлович Бельгер.

Ирина Герольдовна Ковалева – актриса, режиссер, сценарист документального кино, исполнительный продюсер, кастинг-директор художественных фильмов, сериалов, театральных постановок. Родилась в 1959 году в с. Ленино Северо-Казахстанской области. Окончила актерский факультет ГИТИСа им.А.В.Луначарского и Всесоюзный институт повышения квалификации работников кинематографии по специальности менеджер кинопроизводства и кинопроката. Работала на Киностудии им. М.Горького. С 2005 года совладелица актерского агентства «СВ-Аурум».

Интервью: Олеся Клименко

Поделиться

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. Что можете рассказать о немцах воспитанных в казахских семьях? Моя бабушка жительница Казалинского района Кызылординской области в годы войны воспитала немецкого мальчика, который приезжал потом навестить, привез подарок и оставил адрес для контакта. Хотелось бы узнать о нем о детях

комментарии закрыты.