Сон ли, явь? Обрывки ли прошлых жизней… Только почудились ей однажды сквозь цоканье лошадиных копыт и явно ощущаемый запах пороха грубые мужские голоса, по цепочке передающие фразу: «Куклу везут… Везут куклу… Эге-ге-е-ей!». А ведь и правда, во времена ее предков шарнирные куклы пересылались в другие страны для демонстрации нарядов. И это было настолько важно, что при их перевозке останавливали военные действия. И очень даже может быть, что юная Ханна, прапрапрабабушка Лидии, жившая несколько веков назад при замке Кальтенштейн в городе Файхинген на Енце, славилась своим рукоделием, вывязывая кружево для знатных дам. Может, истоки таланта героини нашего очерка Лидии Руфф именно оттуда? Как знать…

Давно известно: чем меньше звуков доносится извне, тем богаче палитра души. Слух у Лидии падал постепенно, казахстанские врачи сделали операцию. Профессор давал гарантию всего на пять лет, но слух исчерпался только через двадцать. Лидия успела вырастить сына, но потом наступила глухота. Почти не помогает и новейший слуховой аппарат. С ним хоть какой-то шум, а без него – тишина… Утрата слуха – драма, но в каком-то смысле полная глухота сделала кукол Лидии шедеврами. Художническое воображение мастерицы полностью компенсирует утраченные звуки. Она прекрасно «слышит» благодаря слуху внутреннему. Полностью погрузиться в мир безмолвия не дает манящий шорох платьев и постоянно звучащие мелодии костюмов.

Пандоры в Пфальце

Пандорами в XVII-XIX веках называли костюмных кукол. Они проводили изысканную моду в общество вплоть до появления первых печатных изданий. «Большая Пандора» демонстрировала наряды для высшего общества – аристократии, «Малая Пандора» – для общества поскромнее. Куклы эти были очень дорогими, считались «королевским подарком». Лидия Руфф живет в Кайзерслаутерне. Она родилась 4 сентября 1954 года в Костромской области. В Германию переехала сравнительно недавно, пять лет назад, из Талды-Коргана, областного центра в 270 км от Алма-Аты. Вместе с ней в больших коробках прилетели семь Пандор, за плечами которых опыт признания в Казахстане: дипломы, каталоги, переезды с выставки на выставку. Теперь в Германии, как и их хозяев, кукол ждала новая жизнь, полная неизвестности.

– Cын Сергей практически сразу, не окончив языкового курса, устроился на работу, и поныне трудится там же. Работа тяжелая, но он не жалуется, мы все из трудоголиков. В Казахстане он был кадровым военным, офицером. А у меня медицинское образование, но в силу проблем со слухом стала швеей. И не просто швеей, а отличным мастером, постоянные клиентки называли мои руки золотыми. Я нигде не училась. Мне это умение Бог послал как компенсацию за потерю слуха. Мои работы были образцом показа при любых комиссиях и на выставках. Начало – в ателье высшего разряда с его люкс-пошивом, там набралась опыта. Обшивала только избранных клиентов, они ждали месяцами, но не желали обслуживаться у кого-то еще. Это мое призвание с детства. Помню, что шить начала с двенадцати лет, а медицина – случайный выбор. Рукодельницы были и в роду. Мама хорошо выбивала ришелье на машинке, в доме все было создано ее руками: занавески, шторы, подзоры на кровати, покрывала. Она очень хорошо вышивала гладью. Ну, а со слов деда, его мама Каролина слыла в их селе знатной портнихой.

Генеалогическое древо фамилии

Кукла – образ человека. Шарнирные куклы, повторяющие человеческие движения, создавались издревле. Сможет ли двигаться кукла без колена? А человек без него как далеко уйдет? Представитель разорванного рода не сможет сделать вперед и шага, как и разобранная шарнирная кукла. Необходим механизм соединения. Знание собственной родословной и есть такой механизм связи прошлого рода с его представителями в будущем. Не случайно коленом называется одно из поколений в древе родства. И совершенно логично, что увлекшись в 1991 году родословной семьи, Лидия решила совместить это занятие с куклами. Так же бережно, как она прикрепляет друг к другу части их тела, собирая в единое целое, добавляет она лист к листу на родословном древе. Создание подвижных шарнирных кукол – ПАНДОР – давнее хобби Лидии. Их высота – от 80 до 100 сантиметров. Материал – самоотвердевающая пластика на папье-маше. Работы высоко профессиональны, даже не верится, что мастерица научилась всему сама. Ведь надо сделать фигуру, лицо. А какие у этих кукол наряды! Их еще надо сшить!

А сам образ?! Лидией задуман грандиозный проект по созданию образов собственных предков, происхождение которых она проследила начиная с 1550 года. Она делает костюмы известных людей прошлого и простых крестьян, для того чтобы понять время, в которое они жили.

Первым появился персонаж Екатерины Второй, так как именно она пригласила своих соотечественников – немцев в Российскую империю. Екатерина с манифестом в руках – 82-сантиметровая кукла, на голове корона. Потом были созданы куклы-прародители Лидии: Георг Фридрих, 1768 г.р., и Фридерика Катарина, 1767 г.р., которые из Германии переселились в Причерноморье в 1804 году по приглашению Александра Первого. Кстати, великолепно исполнен и царь Александр Первый, теперь красующийся рядом с Екатериной Второй. В рамках проекта «Куклы и генеалогия» изготовлена и современница прапрадедов мастерицы, Елизавета Баварская, императрица Сисси (середина XIX века). А сейчас у Лидии в работе период Мадам Помпадур, 1735 год, и ее, Лидии, предок этой же эпохи.

– Мой дедушка Иоганн Руфф, 1901 года рождения, был крупным, красивым и сильным мужчиной ростом 192 сантиметра, и при этом очень набожным – сочетание редкое. А как в лучшие еще времена он пел церковные песни вместе с бабушкой! Она играла на гитаре, дедушка – на мандолине. Мы слушали их как завороженные. Библию он знал наизусть, и нам, детям, рассказывал из нее истории под видом сказок и увлекательных приключений. В школах тогда насаждался атеизм. Как мог, дед противостоял этому. Мы ловили каждое слово, но очень боялись, как бы кто не узнал, – могли засмеять. Прожил дедушка почти 93 года. Подарок от него и бабушки – Евангелие – храню с трепетом, книге больше ста лет, она 1896 года издания. Дед много рассказывал о пережитом. По документам из Федерального архива он закончил гимназию в Ландау, потом два года учился в Одессе в институте, но не закончил его. Время было сложное, шел 1933 год, немцев отчисляли из вузов одними из первых. Затем три года учился на учителя, но работал педагогом недолго. Началась война, и уделом деда стал лесоповал.

Закладка из Библии

– Мое увлечение родословной началось, когда однажды дед выложил на стол закладку из Библии. Я не без любопытства стала рассматривать ее. У меня тогда не было ни малейшего представления о моих прародителях. Он сказал, что в этот лист вписаны все его сестры и братья. Тогда я не посмела попросить эти записи, но все тщательно скопировала. Сведения были очень краткие, но с появлением интернета я нашла всех родственников. Меня настолько увлекло это занятие, что я дни и ночи напролет готова была просиживать за компьютером, просматривая бесконечное множество страниц, чтобы наконец воскликнуть: «Этот тоже наш!»

Огонь, как время, жалости не знает

Огромный архив – шесть туго набитых мешков с письмами и дневниками деда – перед отъездом в Германию сжег отец Лидии. С какими чувствами – другой вопрос. Дедушка с бабушкой были истинными немцами. Это проявлялось во всем, и более всего в переписке: у них была коробочка, куда всякий раз они вкладывали очередное полученное письмо. Процедура учета писем была строгой: аккуратно подписывалась дата получения. Когда был дан ответ, конверт перемещали в другую коробочку. Даже в суровые годы дедушка и бабушка Лидии Руфф вели переписку, казалось, со всем светом: с Америкой, Англией, Канадой. Там жили родственники и просто друзья, покинувшие Россию. Письма словно обязались беречь семью за верность близким и эпистолярному жанру.

Всякая мода когда-то проходит

Такого повального увлечения авторской куклой, какое было в 2005-2015 годах, сейчас нет. Вероятно, потому что появились принтеры, машины делают все быстро, для применения в бизнесе они рациональнее, хотя, конечно, истинные коллекционеры предпочитают авторскую работу. Своих Пандор Лидия создаёт под «состояние души».

– Их у меня немного, так как каждую делаю более трех месяцев. Я не знаю, имеют ли мои куклы художественную ценность. Я их не продаю, а раздариваю. Возможно, они когда-то и будут оценены по достоинству, но близкие моим искусством особо не интересуются. Куклы лежат в коробках, места для хранения не хватает.

Правда, двум внучкам по ним я рассказываю о нашей родословной в сказочной форме, в детской формулировке: о королях, царях и простолюдинах, что-то да запомнят. В планах у меня сейчас новая работа. Одна почитательница прислала мне фото своей бабушки 1908 года с просьбой скопировать наряд. Очень хочет подарить эту куклу музею в своем городе. Постараюсь ее не разочаровать!

Надежда Рунде

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь