Удивительно, как порой история семьи влияет на последующие поколения. На собственном примере это ощутила Алена Лимберг, преподаватель немецкого языка.

Манифест Екатерины Второй позволил прадедам нашей героини  переселиться из Германии в Российскую империю и войти в число немцев Поволжья. Всего их было семеро: шестеро обосновались в Нижнем Поволжье, а один  уехал за океан – осваивать земли Канады.

– От этих прадедов и начинается семейное древо нашего рода, – говорит преподаватель немецкого языка Алена Лимберг из Кокпектинского района Восточно-Казахстанской области. – Прадед Петр был человеком грамотным, основательным, даже имел пост председателя Герцогского сельсовета. Мой дедушка со стороны отца Иосиф Лининбергер, в документах Осип Петрович, родился 17 июня 1910 года в деревне Герцог или Хярцох,  Мариентальского кантона, Саратовской области. В будущем его женой стала 16-летняя немка-красавица из того же кантона деревни Луй Пелагея (Паулина) Полих.

Начало 20-х годов ХХ века, к сожалению, унесло жизни большинства родственников из-за голода и тифа. А осенью 1941 года началось депортация.

– Дед взгромоздил на себя мешок муки и сухарей, а бабушка взяла детей да немного одежды. – отмечает моя собеседница. – С этим их выселили из родного дома, забрали документы и отправили на спецпоселение в Сибирь, Новосибирскую область, село Осинцово. Деда затем выслали в лагерь в город Ивдель, в Свердловскую область, на лесозаготовки.

Со слов родственников Алены, удавалось выжить всего нескольким людям из десятков тысяч. Их практически не кормили, давали суп из костей рыбы, баланду из капусты и кусочка сала. А жили депортированные немцы в дощатых бараках и работали до изнеможения – пока человек шевелился, должен был идти на вырубку.

– В трудармии дед провел три года, – вспоминает Алена. – Ему повезло вернуться раньше. Раз в три месяца приезжал медперсонал осматривать заключённых, доходяг отправляли домой на некоторое время для восстановления. Один раз совпало так, что медиков было некому переправить по реке, и отправили деда. Одна медсестра запомнила его, так он попал в число так называемых «выбракованных».

По возвращении домой, еле оклемавшегося, его опять отправили в лагерь, условия в котором были немного легче. Он участвовал в строительстве аэродрома, подвозил воду, стройматериалы.

Семье жилось тяжело, особенно в первую зиму, когда на всех одна фуфайка и пара валенок. Из продуктов почти ничего не было, только картошка. Мало того, каждая семья была обязана сдавать государству продуктовый налог – шерсть, мясо, молоко и др.

До смерти Сталина депортированные  находились под жестким контролем комендатуры. Ежедневно нужно было ходить в правление колхоза отмечаться. Даже за продуктами в другой поселок нельзя было выехать! Про соблюдение национальных традиций и  обычаев можно было забыть.

После закона о репрессиях Иосифу Петровичу выдали паспорт, и он уехал обратно в Поволжье. Его дом уцелел, но уже принадлежал другим переселенцам. Тогда Иосиф с женой Пелагеей и шестерыми детьми переехал на юг Казахстана, в село Новотроицкое, Чуйского района, Джамбульской области. Купили  крошечную мазанку, на месте которой со временем появился красивый добротный дом, построенный по-немецки.

– В то время царила сплошная безграмотность, что  сказалось на семейной фамилии, – добавляет Алена Лимберг. – Изначально она была Лининбергер. Вопрос даже стоял о смене фамилии, которая была созвучна с псевдонимом отца революции Ленина. «Негоже, товарищи немцы, быть наравне с Ильичом», – говорили тогда. Поэтому одни дети записаны как Лининберг, другие – Линберг, третьи – Лимберг. Бабушка на это говорила, что, мол, вы же все равно все наши, и мы это знаем, какая разница, что там в документах написано. Да и, к слову, про язык. При детях мало говорили на родном немецком. Это жестко пресекалось, на немцев поначалу смотрели как на врагов народа. Со временем люди, конечно, изменили негативное мнение.

В этом отношении то, что предпринял четверть века назад Первый Президент Казахстана – Елбасы Нурсултан Назарбаев, создавая Ассамблею народа Казахстана, уникальный общественный институт мира и согласия, подобно подвигу. В независимом многонациональном и многоконфессиональном государстве у каждого этноса есть право сохранять родные традиции, обычаи, язык. Мало того, можно познавать культуру других национальностей, открывая для себя целый мир.

– Так произошло и со мной, когда я встретила своего будущего мужа – главу крестьянского хозяйства «Алтай балы» Рустама Мухамадиева – казаха по национальности, – призналась Алена Лимберг. – Создавая интернациональную семью, мы понимали, что наши дети будут черпать культуру из двух источников, поэтому мы с радостью передаем им то, чего были лишены наши предки. Старшей дочери Жасмин семь лет, а крошке Адель – чуть больше года, но они уже потихоньку осознают, что такое национальная идентичность. Мы стараемся говорить с детьми на родном языке, отмечать национальные и религиозные праздники, готовить народные кушанья. Считаем, что от взаимопроникновения традиций все мы только выигрываем. Нет ничего ценнее мирного неба над головой, взаимоуважения и единства!

Моя собеседница находится сейчас в отпуске по уходу за ребенком. После выхода из декрета она продолжит преподавать английский язык в малокомплектной школе им. Куйбышева в селе Толагай, куда ей приходится выезжать из райцентра – села Кокпекты. Также она обучает детей немецкому языку в рамках сотрудничества с немецким этнокультурным объединением ВКО «Видергебурт».

Елена Пашке

Поделиться
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  • 1
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
    1
    Поделиться