О выселении немецкого и других народов Поволжья, Крыма, Кавказа в 1941 году в Среднюю Азию, Сибирь, на Алтай известно многое. Также как и немцев, проживавших в восточной части Украины. А вот о депортации немецкого населения из Украины на Запад в 1944 году в официальной печати не упоминается. Ей я и хочу посвятить свой рассказ. Основан он на собственных воспоминаниях, рассказах родителей и других родственников.

Германия напала на Советский Союз без объявления войны в июне 1941 г., и наступление в первые месяцы развивалось очень стремительно. Поэтому часть советских немцев оказалась под оккупацией с 1941 по 1944 год. В этот период были упразднены колхозы, установлена частная собственность. Населению возвратили земельные наделы.

Когда наступление фашистских войск было остановлено под Москвой, а потом под Сталинградом, фронт медленно, но уверенно стал продвигаться на Запад. Германская оккупационная власть начала депортировать оставшееся немецкое население.

Как это было

В нашем селе Красное, Николаевской области, проживали только немцы. 17 марта 1944 года началась принудительная депортация их в Германию. По распоряжению оккупационных властей каждая семья должна была подготовить подводу, запряжённую парой лошадей, оборудовать защитным укрытием наподобие цыганских кибиток. Загрузили всё, что смогли уместить из вещей первой необходимости.
К телегам привязали по одной корове. Весь этот длинный караван сопровождался усиленным конвоем из солдат германской армии. Два дня двигались до Одессы, затем до Тирас-поля Молдавской ССР. В Молдавии была остановка на 12 дней. Потом путь наш пролегал через Румынию, Польшу до города Кутно. Там нас разместили в лагерь, в котором мы находились около месяца. После направили на хутор, им управлял бауэр (фермер) Мерк. Родители и другие родственники стали трудиться на свиноферме. 28 мая 1944 года родилась моя сестрёнка Катерина, а в декабре 1944-го отца забрали в армию. По мере продвижения фронта на запад нас на поезде перевезли в Германию.

Опять некоторое время были в лагере, потом нас разместили в семью по фамилии Haselof в деревне Сhristinendorf в 60-ти километрах южнее Берлина. Глава семьи был мостостроителем и редко бывал дома. Его жена фрау Анна и дочь Флора содержали дом, занимались хозяйством. Мы ухаживали за скотом, заготавливали корма, сеяли и убирали рожь, ячмень, выращивали картофель, свеклу, турнепс и другие культуры. В этой семье к нам относились очень хорошо, и мы чувствовали себя её равноценными членами. Питались за одним столом, спали в нормальных человеческих условиях. Фрау Анна и Флора никогда и ничем нас не обижали и не обделяли. Несмотря на относительно налаженный быт и хорошие условия проживания как для нас, так и хозяев, это было тяжёлое время. Каждую ночь приходилось укрываться в бомбоубежище, которое находилось недалеко.

По окончании войны нас снова разместили в лагере, а после отправили в Советский Союз, в Молотовскую область (ныне Пермский край), Красновишерский район, с. Ольховка. Разместили в бараках, где спали на деревянных нарах. Одна печь на всех, зимой было очень холодно. Мама работала на лесоповале наравне с мужчинами, трелевала бревна к реке, к месту сплава. Для неё это было самое тяжёлое время в жизни. Не выдерживали даже мужчины – умирали от непосильной работы и голода, а женщины тем более. Если бы отцу не удалось нас вызволить из этого адского места, с мамой бы неминуемо случилась беда.

Когда нас депортировали в Германию, в Одессе осталась жить мамина сестра, через неё мы и нашли отца. После Германии он попал в Красноярский край, тоже на лесоповал. Потом его перебросили на Дальний Восток, в Амурскую область на золотодобывающий рудник. Условия жизни там были намного лучше. Он и прислал нам вызов. Но посоветовавшись с отцом, решили ехать в Казахстан, где в это время жили родители отца и семья маминой сестры. Мы поехали в Акмолинскую область до станции Шортанды и далее в совхоз им. КазЦИКа. Добрались до места в августе 1947 года.

В череде событий произошло ещё одно, случайное и примечательное. Когда мы находились в лагере перед отправкой в Советский Союз, туда же попал младший брат отца Лебольт. Ему было 16 лет. С этого времени он постоянно находился с нами. По прошествии многих лет Лебольт в подробностях рассказал мне о нашей депортации.
Мы жили в небольшом поселении в восьми километрах от центральной усадьбы совхоза им. КазЦИКа, у истока реки Колутон, где размещался совхозный огород.

В послевоенные годы родители много раз пытались воссоединиться, но безуспешно. И только в 1953 году, после смерти Сталина, отца отпустили к семье. В сопровождении работника НКВД он приехал в Казахстан. Жить стало гораздо легче. В 1956 году нас, наконец, сняли с комендантского учёта. Сестра, окончив 7 классов, пошла работать, а я после десятилетки был призван на воинскую службу. Отслужил на Балтийском флоте четыре года, потом заочно закончил Целиноградский сельхозинститут по специальности инженер-механик сельскохозяйственного производства. Работал на различных инженерных должностях, затем 22 года главным инженером совхоза им. КазЦИКа. В 2002 году вышел на пенсию.

Вот такой длинный и тернистый путь мы прошли, пока не оказались здесь, в Казахстане. Жизнь в первые послевоенные годы была трудной, но с каждым годом понемногу налаживалась. Казахстан стал для нас второй родиной. Почти все наши родственники в 90-е годы уехали на ПМЖ в Германию, в том числе и наш младший сын. Живёт хорошо, работает инженером в конструкторском бюро по специальности, которую получил здесь, в Казахстане. Ну, а мы с женой, старшим сыном и его семьёй так и живём здесь.

Иосиф Зеленский

Поделиться
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  • 29
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
    29
    Поделились