Без фанеры над Бамбергом разлетается приятное мужское сладкоголосие. Эти переливы модных и танцпольных мелодий хорошо известны русскоязычной публике Германии. Впрочем, как и сам исполнитель: VLAD — не просто хэштег в немецком Инстаграме, а персона уважаемая и узнаваемая.

Его хиты — в местных трендах и тредах, несмотря на разъедающий вайб локдауна. А сценическое имя — практически бренд. Словом, сумел зажечь и зацепить как следует…

ЗВУК ПОСТАВИМ НА ВСЮ

Так откуда же родом нынешняя баварская знаменитость? Почему певец поселился именно в «немецком Риме» — Бамберге — старинном городе королей и епископов? И что сподвигло его посвятить свою жизнь музыке? Чтобы окончательно развеять некий флёр таинственности, мы связались с артистом и задали ему ряд откровенных вопросов.

— VLAD, Сара Коннор как-то сказала: «Чувство удовлетворения от концерта ко мне приходит на уровне обмена энергией. Мне больше по душе небольшие площадки, где есть возможность зрительного контакта с залом, где можно общаться с публикой. Такие концерты, как правило, приносят большее удовлетворение». Что Вы об этом думаете?

— Абсолютно верное и вполне разумное высказывание. Всегда стремлюсь к контакту со зрителями и прежде всего слежу за их реакцией. Это не причуда, а важная необходимость, которая помогает взглянуть на мои композиции иначе. Чем меньше площадка, тем эмоции и чувства публики серьезнее и мощнее. Особенно выдаёт взгляд… Когда глаза в глаза… Ощущаешь даже своеобразную неразрывную связь, находишься на общей волне.

— Сару Коннор слушаете?

— Касательно её творчества у меня существует ясно выраженная точка зрения: Сара Коннор, безусловно, — легенда, но, к сожалению, исчезнувшая из музыкального мира. Раньше я действительно восхищался её великолепными балладами с глубоким смыслом и множеством впечатляющих слов, но сейчас певицу не слышно и не видно. Затерялась, запропала… Её популярность медленно, но неуклонно движется вниз. Это очень разочаровывает.

— Каким исполнителям и направлениям в музыке отдаете предпочтение?

— Здесь я сбалансирован по принципу — тяготею к произведениям наполненным, а не пустым. Именно это становится важным фактором при выборе: слушать или нет. Если обнаруживаю в песне частичку себя, то, несомненно, останавливаю на ней своё внимание. Главное — целостное и ценное содержание. Например, обожаю джаз: и слушать, и исполнять.

— Откуда в Вас устремления к музыке? Это гены?

— В том числе. Я вырос в музыкальной семье. Основная часть моей родни — преподаватели музыки. Так, моя тетя — скрипач, один дядя — баянист, а другой – клавишник — он в свое время преподавал в консерватории, а после выхода на пенсию полностью посвятил себя джазу. Регулярно демонстрирует мне новые аккорды, вдохновляет ими… Пробуем даже играть дуэтом, но лёгкий джаз, схожий по звучанию с блюзом: я — на саксофоне, дядя — на клавишных. А вообще боготворю всё актуальное и, конечно, классику: Майкла Джексона, Уитни Хьюстон…

— На школьных утренниках выступали?

— Конечно. Первый мой «мини-концерт» состоялся в начальной школе. Помню, что исполнил тогда шикарную советскую песню «Прекрасное далёко». Сильно распереживался и забыл слова.

— Как считаете, удалось убедить «прекрасное далёко» не быть к Вам жестоким?

— Полагаю, да. По крайней мере, хочется в это верить… Мое следующее, уже более полновесное выступление состоялось на сцене местного клуба в селе Каражар Карагандинской области. Там я родился. У нас, то есть тогдашних школьников, был замечательный, харизматичный руководитель, серьезно занимавшийся музыкой. Благодаря ему мы создали ансамбль с настоящими инструментами: бас-гитара, соло-гитара, клавишные, ударные. Само собой, в группе участвовал и вокал… Так вот, помню, тогда на концерте отказал «усилок». Было неловко, но мы в конце концов разобрались и устранили проблему. Песня, которую я проникновенно исполнил, называлась «Не плачь, Алиса!». На эстраде ее пел Андрей Державин.

— Вы давно в Германии?

— С 1992 года. Переезд в Европу не был для нашей родни громом среди ясного неба, потому что мы готовились к нему несколько лет. Однако, главная сложность, с которой пришлось столкнуться в Германии, — это знание языка. Мы не понимали баварский диалект, хотя, живя в Казахстане, частенько общались дома по-немецки. Откровенно говоря, для меня и моей сестры это был настоящий стресс. Первые недели мы просто рыдали и выли как волки, а еще требовали от родных возвращения обратно, в Казахстан. Представьте: двое подростков — в незнакомой обстановке, без друзей и не знающие языка…

Затем трудности начались в школе: меня отправили учиться на курс русского языка в город Оксенфурт. Каждое воскресенье я уезжал туда на поезде в интернат, где и жил всю неделю. Молодежь — а основной костяк интерната составляли румыны, поляки и русские — вечерами выпивала и пр. Постепенно мои родители пришли к выводу, что ничего хорошего их сыну в этом учебном учреждении не светит. И однажды мы с мамой (в Казахстане она преподавала немецкий язык) приехали в музыкальную гимназию Бамберга — E.T.A. Hoffmann-Gymnasium Bamberg — Musik. На собеседовании разговаривала только моя мама — я абсолютно ничего не понимал.

Собравшийся «консилиум» вынес нам неутешительный вердикт, посоветовав поступить в учебное заведение попроще: мол, мальчишка по причине незнания немецкого языка для гимназии явно слабоват. Однако напоследок директор предложил мне что-нибудь исполнить. Стоит отметить, что к тому времени я уже окончил музыкальную школу с красным дипломом. Также за моими плечами был год учебы в музыкальном училище по классу фортепиано. Словом, играл наизусть Баха, Шопена…

— Чем, видимо, и впечатлили?

— Судя по всему. Директор гимназии тогда сообщил, что я играю не хуже самих педагогов. В итоге после прослушивания меня приняли, правда, дав полгода на то, чтобы овладел немецким. И я принялся за усиленную зубрёжку, а затем уже перешёл на активную работу со словарями…

— Один из Ваших недавних треков — это кавер-версия хита Макса Барских & Zivert — BESTSELLER, который Вы записали совместно с MA.SHA. Почему Ваш выбор пал на эту песню?

— Потому что на тот момент она только вышла, казалась свежей и необычайно особенной. Мы записали ее Lounge Version — лаунж версию — с лирическим налётом. Фидбэк получился отличным — слушатель наш вариант одобрил.

— Это далеко не первый трек, который Вы исполнили с MA.SHA…

— Верно. До «BESTSELLER» мы с ней сделали пару симпатичных каверов. Чему я, безусловно, рад: работать с MA.SHA — одно удовольствие. Девушка эта талантливая, активная, влюбленная в жизнь и вообще обладающая огромным количеством достоинств. Девчонкой она выступала на концертах нашей группы, затем. спустя годы, когда я занялся сольной карьерой, жизнь столкнула нас вновь. И явно не зря — наши совместные клипы набирают миллионы просмотров.

— На фоне нового вируса Вы вдохновились на песни «Карантин» и «Неболей». Что это: модные тенденции или зов души?..

— Не поверите, «Карантин» мы выпустили в 2019 году. Специально ездили в Санкт-Петербург, чтобы там снять на эту песню клип. А через год случилась пандемия… Меня часто спрашивают: как, мол, вы могли предвидеть? Положа руку на сердце отвечаю: это произведение не о болезни, а о, так сказать, душевном карантине. Песня посвящена моему сыну, который от меня далеко — он живёт в Москве. Видимся мы с ним нечасто, но я очень его люблю. Именно расстояние как препятствие и олицетворяет собой своеобразный карантин между мной и моим ребёнком. Что касается песни «Неболей», то она — кавер-версия другого чудесного трека.

— Изменили ли карантинные ограничения немцев?

— Однозначно. Большинство жителей Германии относятся к ситуации крайне серьезно: все — в масках, более 60% населения привито. Люди следят друг за другом, чтобы, не дай бог, не нарушали правила. К тому же длительный период мы всей страной были буквально заперты в четырех стенах — сидели по домам. Бавария к карантинным мерам отнеслась строже других земель: после 21:00 запрещалось появляться на улицах, а штрафы нарушителям налагались немалые — от 250 евро до 25 тысяч. Если небольшая группа людей где-либо собиралась на пикник, соседи тут же звонили в полицию. На сегодняшний день нас уже предупреждают о четвертой волне…

«Он больше не стремился стать самым великим, самым сильным или самым умным, всё это было уже позади. Он тосковал о том, чтобы быть любимым — хороший ли он или плохой, красивый или уродливый, умный или глупый — со всеми своими слабостями и недостатками или, быть может, даже как раз за них», — цитата из книги «Бесконечная история» Михаэля Энде. А к чему стремитесь Вы?

— Очень правильное мнение. Я тоже никогда не жаждал славы, популярности или больших денег. Просто шел за зовом своей души. Только она может указать истинный путь.

— Спасибо за интервью.

Марина Ангальдт