Послевоенная Москва была по-осеннему неприветлива. Пронизывающий холодный ветер трепал уличные афиши на дощатых заборах и больших круглых тумбах. С рекламных щитов строго смотрел на прохожих темноглазый факир в белоснежном тюрбане и черном фраке. Внизу стояла короткая подпись: «Кио, иллюзионист». Яркие и призывные, они манили в не ведомый экзотичный мир, с коротким и звучным названием — цирк.

А по вечерам на одном из зданий почти в центре Москвы по фасаду торопливо бежали разноцветные неоновые огоньки, высвечивая все ту же странную, загадочную фамилию: «Кио». Для шестнадцатилетней Тони, впервые оставившей родную Пензу, красочные проспекты и оклеенные афишами тумбы казались каким-то заколдованным кругом, звавшим с непонятной настойчивостью.

«Все-таки в цирк я попала сравнительно просто: шестнадцати лет вышла замуж за циркового артиста, и он буквально вылепил из меня актрису. Правда, кроме профессиональной помощи мужа была еще двухгодичная студия циркового искусства при Мосгосцирке во главе с замечательным мастером Александром Ивановичем Жанто. Он ставил и принимал мой первый номер: жонглирование колпачками».

Настоящий мастер

Теперь каждый вечер привычно слепили юпитеры, освещая маленькую и хрупкую фигурку в блестящем трико с затейливыми катушками в руках: она уже выступала с новым номером. Пришел успех, было все: смотревшие в упор телекамеры, аплодисменты, цветы, автографы. И все-таки никуда не деться от однообразия, ведь сколько ни меняй снаряд, а задача остается все та же: подбросить- поймать.

«И опять мне несказанно повезло. Сбылась давняя мечта. Несколько лет ассистировала у Эмиля Теодоровича Кио. Вы понимаете, рядом с волшебником и магом Кио! Он творил непостижимые вещи на глазах у зрителей, совершенно не окружая себя тайной».
У него Тоня научилась многому. И внесла свой неповторимый, искрящийся темперамент, огромное жизнелюбие. Это помогло сделать из простого аттракциона настоящий праздник циркового искусства. В перерывах между выходами, хотя она уже знала почти все секреты, завороженно следила, как работает Мастер.

Собственное чудо

И однажды решила попробовать самостоятельно. Успешно выступила с трехминутным иллюзионным номером. Ей тоже хотелось удивить, очаровать, обрадовать зрителя — так же, как это делал Кио.

Что ж, теперь ее специальностью стало — творить чудеса. Заставить зрителя, такого образованного и такого недоверчивого, поверить в чудо, сказку, а вернее, в её искрометное, жизнерадостное мастерство.

Как и все женщины, Трофимова очень любит цветы. Может быть, поэтому решила создать аттракцион «Праздник цветов». А чтобы праздник получился настоящим, цветов нужно было много. Очень много. Сейчас у нее в аттракционе их три тысячи. Самых разных форм, оттенков. За три репетиционных года, пока готовилось это представление, она сделала их сама. Раздобыла «секрет» окраски и изготовления. Сколько было хлопот, бессонных ночей — пока аттракцион не сформировался, не доказал свое право на существование.

Фантазия и умение

«Конечно, мне помогали. Прежде всего, режиссер Ю. Д. Архипцев, народный артист РСФСР Л. Костюк, художник М. Ратнер, композитор В. Куприянов. Это благодаря их фантазии и умению все 35 трюков аттракциона обрели форму единого художественного произведения. Ну и, конечно же, мои ассистенты, друзья и помощники, их добросовестность и трудолюбие сделали номер настоящим праздником. Ведь успех иллюзиониста в конечном счете решается за кулисами. Стоит одному человеку чуть промедлить, допустить малейшую неточность, как рушится трюк, проваливается спектакль».

Многое в аттракционе Трофимова взяла из опыта Кио, Акопяна, Сокола. Но, как отмечено в одной из рецензий, она «использует и талантливо трансформирует накопленный веками опыт иллюзиона». Многие трюки совершенно уникальны: «Люстра», «Корзина».

«Песочные часы»

Теперь о ней говорили: «Работает легко, умело, в стремительном темпе». Трофимова ошеломляет зрителя каскадом манипуляций, чудесных превращений. Она не фокусник. Ее техника в молниеносном движении, а ведь это совсем не просто; только за полчаса, что длится аттракцион, артисты переодеваются сорок пять раз. Иллюзионные эффекты, даже те, что придуманы не ею, находят у нее совершенно оригинальную трактовку. Так, например, фокус с уткой делают еще несколько человек, но только у Тони она превращается сначала в пять голубей, а затем расцветает, как и все, до чего дотрагивается волшебная палочка иллюзионистки.

Непостижимые исчезновения женщин, вдруг, не из чего взявшаяся люстра, полная цветов корзина, еще секунду назад абсолютно пустая. Или «Песочные часы» — самый удивительный трюк. Девушка-ассистентка таинственным образом «просачивается» из верхней колбы в нижнюю. Цирковой маг давно уже сошел с мистических котурнов и превратил загадочный процесс иллюзии в яркий праздник, веселую игру. И все же, сколько бы ни смотрел выступления иллюзионистов, не покидает чувство какой-то детской радости, восхищенности, удивления.

Восхищение

С того дня, как аттракцион родился, прошло немного времени. Его посмотрели пока только в четырех городах СНГ. Почти две сотни представлений — такой «стаж» нового оригинального ревю. Но и эти четыре города (Кострома, Рязань, Душанбе и Бишкек) встретили его единодушно: аплодисментами, цветами, восхищением.

Сказочная атмосфера представления покорила даже самых заядлых скептиков, знакомых с загадками иллюзионных аппаратов. Вот что писала о недавних гастролях бишкекская «Вечерка»: «Под руками иллюзионистки в цветы превращается все. Движение, жест — и расцветают зеркала и подносы, магические столики, покрывала, необъяснимо исчезают люди и птицы, а там, где секунду назад были они, поднимаются вновь цветы, цветы и цветы…».

Цветы — удачная находка Трофимовой не только как эффектный декор, но и хорошая иллюстрация совершенно нового подхода иллюзионистки к архитектонике аттракциона. Если вы уже видели «Праздник цветов», то, наверное, обратили внимание на то, что некоторые номера состоят из нескольких трюков, причем связаны они единым сюжетом. В свою очередь все номера выстраиваются в одну композиционную линию, преобразуя программу аттракциона в целостный, настоящий спектакль. Двойственное чувство возникает после выступления Трофимовой: смесь легкой досады с восхищением. Еще стоит на манеже целая оранжерея диковинных цветов, внезапно появлявшихся из ничего и исчезавших в никуда, слегка колышется разноцветными волнами, а зритель задается единственно волнующим сейчас вопросом: «Как же так? Его, взрослого человека — «обманули» как ребенка, заставили поверить в чудо, а он ведь хорошо знает, что чудес не бывает. К тому же он так внимательно следил за действием!»

Я знаю «секрет». Мне очень хочется его вам выдать, но… я не могу! Тогда чудо исчезнет и сказка умрет. Если же вас не очень волнует вопрос «как», а вы просто хотите увидеть чудо — сходите в цирк, на аттракцион Трофимовой.

Марина Перевалова

09/03/07

Поделиться