14 февраля Костанай простился с Виктором Мейстером


На кончину Виктора Мейстера некоторые СМИ отозвались лишь справками о биографии, карьере и наградах – и даже так коротко не получилось. А в Костанае ещё несколько лет назад никто представить не мог, что его когда-нибудь не станет – не из тех он, чтобы умирать. В эти дни, можно не сомневаться, и в Германии многие из «русских» немцев скорбят. Так кем же он был, Виктор Мейстер?

Круг почета

Самый простой и очевидный ответ на вопрос «кем он был?» – заместителем и первым заместителем акима Костанайской области в течение полутора десятка лет, причём на труднейшем участке: энергетика, строительство, ЖКХ. Курировал банки и правоохранительные органы, замещал главу региона в его отсутствие. Он работал при акимах Шукееве, Кулагине, Садуакасове. У каждого из них были свои методы и характеры, а Мейстер оставался самим собой, знал и делал свое дело, не приспосабливался. Из его кабинета Виктора Викторовича никогда не изгоняли. Он сам ушел, когда лимит возраста для его должности был исчерпан и сам он почувствовал усталость. Но, перейдя из замов в советники акима, еще долго занимал свой кабинет:
– Только правительственную связь убрали, – сказал он в беседе, когда редакция «Костанайских новостей» отправила меня сделать не то чтобы прощальное интервью, а, своего рода, «круг почета» с чемпионом.

Закон Ома

Виктор Мейстер – единственный из всех где бы то ни было встреченных мною людей, кто вспоминал закон Ома, великого физика и соплеменника. Иногда это вызывало улыбку, потому что, отзываясь о некоторых, весьма ярых оппонентах, мог сказать: он даже закон Ома не знает, о чем с ним говорить. Оппонентов Мейстеру хватало, в том числе среди журналистов. Сейчас это легко понять: энергетика, газ, вода переходили в частные компании, тарифы росли, потребители негодовали. Пресса становилась на сторону рядового состава, а поставщики услуг требовали повышать их оплату, иначе все развалится – все сети доживали век. Мейстер работал между молотом и наковальней и не уходил, хотя… Нет, никто всерьез не хотел, чтобы он ушел. Другого Мейстера не было даже близко, и перспектива, что система жизнеобеспечения рухнет, была на тот момент реальной.

А вот когда он уже на пенсию уходил, коммунальные страсти поутихли. И я увидела интересного, яркого человека, любителя истории и путешествий по старой Европе. Добавлю еще такой штрих: Виктор Викторович обладал внешностью стопроцентного немца: высокий, «в теле», с лицом чистой этнической наследственности. Родом он из Семеновки, немецкой деревни в 50 км от Костаная. Именно там его и похоронили. Любовь Мейстера к родной деревне в Костанае хорошо известна.

Семеновка

Вспоминает Евгений Аман:

– Он очень любил свою малую родину. Семеновка была для него важным отрезком жизни. Поселок основан немцами-переселенцами в период столыпинских реформ, и все предки Виктора Викторовича пришли на эту землю. Там была немного другая атмосфера, чем в остальных немецких поселках – и людей больше, и жизнь побогаче, чем у тех, кого депортировали в 41-м. Семеновка чтила традиции, мне однажды довелось побывать там еще до первой волны переселения в Германию. Даже на переменах в школе дети разговаривали на немецком. К сожалению, первая же волна опустошила Семеновку, очень многие уехали. Но Виктор Викторович продолжал поддерживать отношения с поселком, и, как мог, помогал. Он изыскивал возможности поддержать родное село, и его жители – и кто остался, и кто уехал – все ему благодарны. Люди приезжают на родные могилы, видят, какой там порядок, и знают, чья это заслуга. Виктор Викторович очень многое сделал, чтобы и доступ к кладбищу был, дорога от трассы к Семеновке была отремонтирована. И водопровод, который появился в Семеновке тоже благодаря усилиям и стараниям Мейстера, всех несказанно обрадовал. Он не ждал благодарности, а сам был благодарен родной земле, абсолютно бескорыстно приносил ей пользу.

«Он не уехал»

Сегодня, когда пишутся эти строки, проститься с Мейстером из-за карантина смогли прийти немногие. Мираш Жумашев – экс-директор Костанайского филиала нацбанка РК, рассказал, кого видел из тех, кто не мог не прийти. Известные костанайцы: Сакен Тукенов, Юрий Ким, Аубакир Тайкешов – у каждого своя память о Мейстере. Мираш Жумашевич рассказывает о своем:

– Мы еще в Аркалыке общались с 1990 года: я руководил банком, он работал в городской, а потом в областной администрации города. Мейстер курировал энергетику, строительство, коммуналку, финансы. Он работал и работал – только работой и жил. Всех космонавтов встречал в Аркалыке. Он первый в Казахстане организовал валютную выручку от иностранцев, приезжающих в «тургайскую гавань» по космическим и другим делам. В гостиницах они рассчитывались валютой. Был в очень хороших отношениях с тогдашним вице-премьером Павловым, так же, как и со всеми специалистами и главами предприятий. Когда его забрали в Костанай, часто звонил в Аркалык. После ухода на пенсию тоже звонил. Думаю, что он единственный из руководителей немецкой национальности, кто не переехал в Германию…

Тургайская школа

– Это была школа, он гордился тем, что Тургайская область и те тургайцы, которые его окружали, гордились, что Мейстер с ними работал. А это особенный регион, там не так просто. Я бывал в Тургае, в Аркалыке, где трудился Виктор Викторович, и слышал о нем только хорошие отзывы. Его знали, любили и любят до сих пор. В регионе, где в большинстве своем казахское население, он умел находить общий язык, понять, разобраться, какие у людей проблемы и стремления. Я не встречал там человека, который бы не спросил о Мейстере. Он и сам любил туда ездить.

Семеновское общение

Интересное наблюдение оставил Виктор Викторович после своих поездок в Германию в гости к родственникам. Евгений Аман рассказывает:

– У него там много родных было, семеновцев, и они часто встречались, когда он приезжал. Как-то на свадьбе собралось их огромное количество, и все говорили по-русски. А вот когда свадьбы проводились в Семеновке, все говорили по-немецки, шикали друг на друга, если кто-то переходил на русский. В Казахстане сельчане скучали по немецкому языку и старались сохранить свою идентичность, а в Германии те же люди тосковали по русскому языку, по своей малой родине и пытались восполнить дефицит «семеновского общения».

Профессионал

Мой первый материал в DAZ был посвящён 70-летию Виктора Мейстера. Было это всего три года назад. Он ушел безвременно не только, как человек, но и как профессионал, талантливый управленец, принципиальный руководитель. Эти качества еще могли пригодиться. Цитирую Евгения Амана:

– Мы с ним познакомились, когда Мейстер переехал из Аркалыка в Костанай. Достаточно тесно сотрудничали и по-приятельски общались. Я работал в Парламенте, в Министерстве сельского хозяйства, он мне часто звонил. Он многое понимал, глубоко вникал в суть проблем и вообще был разносторонним человеком, работоспособным, нацеленным на результат. Умел ставить цель и достигал ее. Его отличал высокий профессионализм во многих сферах, но особенно в энергетике. Понимал ее на уровне процессов в стране и глобально в мире, умел влиять на местную реальность в этой отрасли. Помню, в канун президентских выборов в конце 90-х он занимался вопросами газа. Ситуация была острой. Россия могла оставить Костанай без этого энергоносителя. Я был доверенным лицом Н.Назарбаева, поэтому нам обоим было важно, чтобы выборы не омрачил газовый кризис. Мейстер летал в Москву, контактировал с Газпромом, и только благодаря его пробивной силе, целеустремленности, уверенности, умению понимать, что происходит, и умению говорить с профессионалами на языке им и ему понятном, коллапса не случилось. Его уважали и в Москве. Когда я пришёл работать в Костанайскую область на место первого заместителя, а Виктор Викторович ушел с этой должности на пенсию, то почувствовал, насколько непросто вписаться в команду, потому что ушел высоко профессиональный человек, и авторитет заработать после него было сложно. Но Виктор Викторович был рядом как советник и при необходимости тактично подсказывал, что делать. Он нашел себе место и в этой роли, не мешал ни власти, ни преемнику, брал на себя участок из самых сложных. И не сбавлял оборотов.

Мейстера нельзя упрощать – все это знали. – Он был очень жестким руководителем, – говорит Евгений Аман, – умел организовать людей и требовать. Это не нравилось многим, особенно тем, кто «неожиданно» оказывался на должности. Вот и попадал под жесткий прессинг профессионала, который требовал работы, понимания отрасли, в которой оказался главным, и, если человек демонстрировал непрофессионализм, ему было некомфортно под руководством Виктора Викторовича. Вот это его отличало, и все знали, что к Мейстеру на совещание надо идти подготовленным. Или же не показываться ему на глаза.

Качества Мейстера были востребованы и на республиканском уровне. Если проходило совещание, где нужно было выслушать мнение регионов, то в первую очередь обращались к Виктору Викторовичу. Умирзак Шукеев, когда его перевели из Костаная акимом Астаны, несколько раз пытался уговорить Виктора Викторовича идти к нему заместителем, курировать энергетическую и коммунальную сферы. Мейстер отказывался, хотя ему, конечно, предлагалась и квартира, и карьера. Но его это не очень интересовало, ему важно было работать на своем месте, быть с семьей. Виктор Викторович не стремился к высоким должностям. Он остался в своей области. Очень жаль, что ушел очень рано. Только сейчас понимаешь, какую роль он сыграл для Костанайской области и как благодарны ему люди.

В момент прощания принято обещать долгую память. Иногда это просто слова. Но Виктора Мейстера будут вспоминать искренне и очень долго. Он достоин большой и светлой памяти.

Людмила ФЕФЕЛОВА.

Поделиться
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  • 6
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
    6
    Поделились