Читаю монографию Андреаса Идта и Георгия Раушенбаха «Переселение немецких колонистов в Россию в 1766 г.» (Auswanderung deutscher Kolonisten nach Russland in Jahre 1766). Читаю медленно. Так делаю всегда, когда хочется читать еще и еще. И в этот раз тому есть причина – она понятна уже из заголовка.

Нельзя сказать, что тема переселения наших предков в Россию и их дальнейшая судьба в истории абсолютно новая. Но так тщательно подготовленный исследовательский труд уже названных авторов достоин всяческого уважения. Хотя бы потому, что я, например, впервые увидел списки реальных людей, давным-давно перевернувших свою судьбу непростым решением. И действием. Впрочем, интерес к этому событию был всегда.

Еще в середине восьмидесятых годов журналист газеты «Фройндшафт» Александр Гассельбах показывал мне увесистый фолиант. «Вот здесь, Валера, все мы. Тебя здесь нет…». Увы, как назывался этот великолепный гроссбух, я не помню, но вопросы остались. И, наверное, не только у меня.

Фото предоставлено автором

Книга Идта и Раушенбаха, которую я собираюсь вам представить, в какой-то мере позволит приоткрыть хотя бы маленькую тайну нашего общего прошлого. Не претендую на первенство в этом деле, наверное, отклики на книгу уже были – просто не могли не быть. Но мизерный тираж издания – всего 500 (пятьсот!) экземпляров – обязывает еще раз рассказать о ней своим соотечественникам.

Если кто-то думает, что приглашенные Екатериной II колонисты двигались из Европы в Россию кому как придется и у кого как получится, то он глубоко ошибается.

Кстати, я именно так и представлял себе обозы будущих немцев и подданных российской короны. Немцев, потому что лихие писари поголовно записывали немцами в свои реестры не только переселенцев из германских земель, но и англичан, и датчан, «…и разных прочих шведов».

Существует версия, что само слово «немец» – плод российской бюрократии низшего звена, все тех же писарей. Понятно, что большинство колонистов на русском языке не говорили и на все вопросы отвечали молчанием. Отсюда, через другое слово «немой», и появилась в русском языке новая национальность – немец. А подданными российской империи переселенцы становились после принятия присяги и считывания клятвы верой и правдой служить царице Екатерине II в обмен на покровительство и защиту. И такая защита и покровительство были с первого дня для тех, кто собрался в дальнюю дорогу. Но давайте все по порядку.

Вербовкой колонистов занимались вначале только правительственные чиновники, а потом к этому важному делу примкнули и частники, так называемые «вызыватели». И если в 1763 году желающих переехать было всего пять тысяч, то через три года в Россию подались около двадцати пяти тысяч переселенцев. На это мероприятие из казны была выделена огромная по тем временам сумма, которой в итоге распоряжался граф Орлов. Всем колонистам после оформления документов выдавалось денежное пособие, продукты, обеспечивалась бесплатная доставка по морю из Любека до Ораниенбаума или Кронштадта, временное обустройство там до отбытия в Поволжье, как правило, в Саратов.

Но почему именно Любек стал главным портом для отправки колонистов в Россию? Любопытный читатель, глянув на карту, поймет, что именно отсюда было наиболее оптимальным движение морем к российским берегам. Но это еще не все. Любек был столицей Ганзейского союза торговых городов, расположенных на огромной территории прибалтийской Европы. По современным меркам на его территории сегодня располагаются Бельгия, Германия, Латвия, Литва, Эстония, Нидерланды, Польша, Швеция, часть России. Само слово «Ганза» переводится как «союз».

У Ганзеи был свой флаг и свой флот, выполнявший под этим флагом полицейские функции в Балтийском и Северном морях. Была даже своя валюта и общий государственный язык, сформированный на основе средненижненемецкого и древнерусского языков. Последний факт объясняется просто: русский Новгород был одним из опорных городов Ганзеи. Понятно, что несколько сотен лет союзнической деятельности превратили огромную территорию в регион, вполне пригодный и благоустроенный для перемещения товаров, войск, да и просто населения огромного региона. Все дороги вели в Любек! По ним в середине восемнадцатого века и пошли-поехали люди в Россию. И не только из десятков германских княжеств. Ехали со всех примкнувших к торговому союзу городов и только что образованных государств. Cлухи о беспримерной вербовке распространялись с немалой скоростью по городам и весям. И был момент, когда Любек с трудом перерабатывал прием и отправку колонистов по назначению. Сотни гражданских судов едва справлялись с поставленной задачей. И тогда Екатерина II велела подключить к экспедиционной кампании Балтийский флот Российской империи. Что и было исполнено без промедления.

Путь от Любека до Кронштадта по тем временам был весьма сложен и опасен в связи с тем, что все суда были парусными. И если некоторые счастливчики проскакивали его за две – три недели, то некоторым колонистам явно не везло: штормы или затянувшиеся штили превращали путешествие в двух-, а то и трехмесячное морское мучение с нехваткой продовольствия и воды, болезнями и трагедиями. Но бывали экипажи, которые приходили в Россию и с пополнением новорожденных. Жизнь продолжалась, несмотря ни на что!

Зачем обо всем этом знать?

И разве нет других источников на эту тему? Наверное, есть, и при желании их можно легко отыскать. Надо постараться, уважаемые читатели, знать, кто тебя родил, родил твоих дедов и прадедов!

Мы же не пыль на ветру, не кусок льда, когда-то отколовшегося от основного айсберга.

Разве эта задача проще и меньше по цене, чем переехать в фатерланд на ПМЖ? В этом смысле нам пример наши земляки-казахи, как правило, знающие своих предков до седьмого колена. Мне и пальцы загибать не надо – отец, дед, дальше тьма. А вам как, много ли что известно о своих предках времен Ганзейского союза?

Листаю страницы этой великолепной книги, созданной титаническим трудом, подозреваю, целой семьи единомышленников. Кроме одного из авторов – Андреаса Раушенбаха – здесь еще редактор Белла Раушенбах, консультант Андреас Бринк-Раушенбах, художественный редактор Татьяна Раушенбах, программное сопровождение Валентина Раушенбаха. Аплодисменты! И предложения.

Может, удастся создать более краткий и менее сложный вариант этой книги и дарить ее нашим детям в день совершеннолетия? А если обойтись без полиграфических излишеств, так можно и вовсе отпечатать тираж бесплатно или за мизерную цену, доступную всем нашим соотечественникам, советским немцам? Меркель, Коль, Шмидт, Шредер, Шумахер, Мюллер – эти фамилии, известные всему миру, заполнили списки колонистов в нашей книге. Нашел фамилии половины, если не больше, знакомых немцев. Моей, увы, (старик Гассельбах был прав), опять нет… Будем искать, какие наши годы!

Валерий Шевалье

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. Здравствуйте!!!

    Вот вам ответ от самого Георгия Раушенбаха:

    «В. Шевалье пишет: «Нашел фамилии половины, если не больше, знакомых немцев. Моей, увы, (старик Гассельбах был прав), опять нет… «. Но эту фамилию можно найти, например, в книге «Немецкие колонисты на пути из Петербурга в Саратов» (М., 2017) на с. 284, № 6640. В транспортном списке Дитмара она записана в немецкой транскрипции — Schwalje. А в списках Кульберга рейса 66 (галиот «Adler», прибыл в Кронштадт 16 августа 1766) — по-русски:
    5949 Генри Шевалье, католик, портной из Франции; жена Элизабет, сыновья Иоган (15 лет), Иоган (13), Бернгарт (3), дочь Иоганна (17 с четвертью).
    Эта семья поселилась в колонии Брабандер, домохозяйство № 38. Из детей выжил только старший сын (см. Einwanderung in das Wolgagebiet 1764-1767, B. 1, S. 223).»
    Источник: http://forum.wolgadeutsche.net/viewtopic.php?f=32&p=187464#p187464

    PS:
    «Немецкие колонисты на пути из Петербурга в Саратов» (М., 2017) — это следующая книга Георгия Валентиновича.

Добавить комментарий