Реклама

Процесс объединения продолжается до сих пор

Берлинская стена упала больше

30 лет назад, но у западных и восточных немцев все еще разные взгляды на политику и развитие страны. Канцлер Ангела Меркель назвала единство Германии «вечным процессом», «постоянной миссией» для жителей всех федеральных земель. Toppress.kz спросил у самых известных немцев Казахстана, что они думают о современной Германии в канун тридцатой годовщины объединения страны.

В частности, депутат Мажилиса Парламента и председатель Попечительского совета ОФ «Казахстанское объединение немцев «Возрождение» Альберт Рау отмечает, что даже у нового поколения немцев угадывается различный менталитет.

 – Выглядит парадоксально, насколько разными стали немцы за период раздела страны в течение примерно 40 лет. Это всего пару поколений. Но феномен в том, что даже у тех, кто родился после объединения Германии, много различий и разногласий. Я был наблюдателем на выборах в Бундестаг в 2017 году. Так вот их итоги показывают, что восточная часть голосует за левых социалистов с маленьким вкраплением «зеленых». Западный Берлин традиционно за христианско-демократическую партию «Меркель и Коля». То есть, несмотря на отсутствие стены в городе, у жителей Берлина остаются разные политические предпочтения и взгляды, – говорит Альберт Рау.

Между тем, последние выборы в Бундестаг стали самыми беспрецедентными после 1949 года. Две главные политические силы ХДС/ХСС и СДПГ показали самые слабые результаты.

В то же время СвДП и АдГ преодолели пятипроцентный барьер и прошли в Бундестаг. Это были первые выборы, на которых правая «Альтернатива для Германии», которую поддерживают многие жители восточных земель, получила достаточно голосов, чтобы быть представленной в парламенте.

При этом рейтинг правых популистов на востоке Германии, по соцопросам, составляет 24%, в то время как в западных землях – вдвое меньше.

– Противники АдГ напрямую называют эту партию экстремистской, выражающей ненависть к иностранцам. Так почему она так популярна на востоке Германии?

– Уровень экономического развития на западе и востоке достаточно разный – это тоже влияет на самосознание людей. В хорошем смысле в основе социалистического строя и ГДР был принцип социальной справедливости. В нынешней Германии этого немцы еще не обрели. Хотя расслоение общества – это мировая тенденция, у восточных немцев она воспринимается по-особенному. После распада ГДР многие заводы и предприятия закрылись или были приватизированы, грубо говоря, за дойчмарку. В итоге в восточных землях, в частности Тюрингии, до сих пор сохраняется огромная безработица. Людей не устраивает, что за счет объединения страны они потеряли работу, профессию и свои предприятия. «Альтернатива для Германии» играет на этих настроениях.

– Выходит, что экономическая и политическая система ГДР оказалась нежизнеспособной в сравнении с ФРГ?

– На мерседесах в ГДР точно не ездили, но дефицита, как в СССР, никогда не наблюдалось. Было собственное налаженное производство. Только представьте – огромный завод по производству железнодорожных вагонов, где трудились шесть тысяч немцев. И нет никаких проблем по сбыту, поскольку действовал Совет экономической взаимопомощи (СЭВ), когда все забирали в братские страны в плановом порядке.

С распадом ГДР и всего соцблока заказы прекратились, все рухнуло. Притом, что на западе производство оказалось намного эффективнее и не нуждалось в конкуренции. Тем не менее, такой разрухи, как на постсоветском и советском пространстве, немцы в 90-е годы не допустили. ФРГ всерьез поддержала своим экономическим потенциалом развитие восточных земель, вложив много средств, и многие регионы там выглядят не хуже, чем западные.

– Почему особые восточногерманские ценности, которые во многом выражает АдГ, неприемлемы на западе?

– Когда-то существовали две зоны влияния – западная и восточная. Здесь было экономическое, военное и идеологическое присутствие. Несмотря на войну, в ГДР со стороны Советов к немцам было братское отношение, и никто их не упрекал в плане исторических ошибок. На Западе до сих пор стоят американские базы, по сути это оккупационные войска. Притом, что советская группа давно ушла из Германии.

В идеологическом плане немцам старых земель постоянно навязывали чувство вины за их нацистское прошлое. В итоге сегодня там боятся излишних патриотических лозунгов, которые доносятся с востока, где жестко выступают против мигрантов или однополых браков. На востоке в мигрантах видят угрозу для экономики страны, которых нужно содержать в ущерб собственным зарплатам и пенсиям. Тем не менее, некоторые политики «Альтернативу для Германии» прямо называют фашистской партией, которая впервые за 45 лет появилась в Бундестаге.

После 30 лет с момента объединения ФРГ и ГДР условия жизни на западе и востоке страны значительно различаются, и на их выравнивание может уйти еще полвека, а то и больше. Такое мнение высказала канцлер Германии Ангела Меркель в интервью газете Süddeutsche Zeitung в преддверии 30-летнего юбилея падения Берлинской стены.

– Какие вы испытали ощущения, когда узнали о падении Берлинской стены?

– Честно сказать, я не помню, что я придал этому большое значение. В СССР было достаточно внутренних проблем. Но в 80-е годы все шло к объединению страны, поскольку был низкий уровень свобод, и политические догмы довлели над экономикой. Немцы из ГДР все чаще бежали на запад, скрываясь от Штази (министерство госбезопасности ГДР), которое в свое время работало мощнее КГБ. В итоге, как оказалось, падение стены стало предвестником крушения самого Союза.

– Сегодня многие осуждают решение Горбачева сломать стену, учитывая исчезновение ГДР и дальнейший развал всего соцблока. Что вы лично об этом думаете?

– На мой взгляд, в той политической и экономической ситуации Горбачев уже ничего не решал. В свете грядущих тектонических сдвигов он не смог сохранить целостной собственную страну. Поэтому объединению Германии Горбачев скорее просто не стал мешать, нежели способствовал этому процессу. Другое дело, что он ничем не обусловил свое решение, поскольку американские базы до сих пор стоят в Германии и даже двинулись еще дальше на восток. Это вызывает недоумение самих немцев.

Современную Германию трудно представить без выехавших из СССР немцев. После падения стены и развала Советского Союза тут же последовала новая волна советских переселенцев.

В 1991 году немцы в Казахстане были третьим по численности этносом после русских и казахов. За прошедшее годы более 800 тысяч казахстанских немцев уехали в Германию. Осталось порядка 180 тысяч человек.

– С массовым оттоком немцев Казахстан потерял целый класс полезного населения. А что получила Германия с огромным притоком репатриантов.

– Когда-то в моем городе (Лисаковск, Костанайская обл.) проживало 15% немцев от всего населения. Уехало более четырех тысяч рабочих, инженеров, врачей. А Германия давно признала, что выиграла от притока своих соотечественников. К ним приехали образованные и квалифицированные работники, которых потерял Казахстан. Тем не менее, в Казахстане проживают 180 тысяч немцев – это тоже большая цифра. Сегодня они хорошо представлены во всех сферах бизнеса и, в частности, в сельском хозяйстве.

– У вас лично никогда не возникало желания уехать на историческую родину?

– Я не приемлю подобных терминов, поскольку моей исторической родиной остается Казахстан, а Германия – это мои корни. Я никогда не подавал документы на выезд и даже об этом не думал.

В 1994 году в возрасте 33 лет меня назначили акимом моего города Лисаковск. Впереди были тяжёлые годы, много работы и государственных дел. Сегодня я ни о чем не жалею, так как в суверенном Казахстане сумел достичь всего, что хотел. Ну, разве я получил бы в Германии «Большой̆ крест за заслуги» (высшая награда за укрепление казахстанско-германского сотрудничества), если бы переехал в Германию как остальные?

Я стал доктором наук, лауреатом Государственной премии в области науки и техники, работал акимом области и семь лет в правительстве Казахстана. Для любого человека важно чувство самореализации. Это точно есть.

– За счет чего Германии, несмотря на внутренние разногласия, удалось добиться такого колоссального прорыва в экономике? В чем секрет немецкой формулы успеха?

– Здесь заложено много факторов.

В первую очередь, немцы сумели извлечь хорошие уроки из того, что с ними случилось при национал-социализме. Они сумели добиться социальной защищенности, не прибегая к радикальным методам и действиям. Вместо этого при Адэнауре они заложили правильную стратегию развития, взяв курс на высокий уровень конкурентоспособности экономики. Для этого они «пашут» с утра до ночи. Германская модель успешного развития именно в том, что немцы много работают.

Тем временем за минувшие 30 лет экономика Казахстана претерпела значительные изменения и, самое главное, постепенно набирала рост. За исключением некоторых периодов финансового кризиса 2008 года и энергетического – в 2014 году. До сих пор одним из важнейших приоритетов в экономической политике остаются прямые иностранные инвестиции, объём которых, по данным Национального банка, с 2005 года составил 265 млрд долларов.

Немаловажную роль в экономическом развитии страны играет сотрудничество Казахстана со странами Евросоюза. Центральным событием в начале президентства Касым-Жомарта Токаева стал визит в Германию в начале декабря 2019 года, что свидетельствует о серьезном взаимодействии двух стран в ближайшем будущем.
По данным посольства Германии, товарооборот между Германией и Казахстаном в 2019 году составил около 5 млрд евро. При этом Казахстан является одной из немногих стран, имеющих положительное сальдо торгового баланса с Германией.

Иван Сауэр о крахе ГДР

Другой наш спикер – Иван Сауэр, крупнейший казахстанский организатор сельскохозяйственного производства, директор ТОО «Агрофирма «Родина». Будучи уроженцем Акмолинской области, остался в Казахстане и сумел добиться большого успеха. Сегодня он с ностальгией вспоминает ГДР, которой больше нет. Приветствует объединение Германии, хотя и отмечает, что для некоторых немцев события 1989-1990-х обернулись трагедией.

– Мне приходилось бывать по комсомольской путевке в ГДР, в последний раз – в 1983 году. Восточные немцы жили гораздо лучше, чем наши граждане в Советском Союзе. Это даже не вопрос. В ГДР понятия не имели о дефиците. Молодые люди, студенты проживали в отдельных квартирах. Там вообще не было проблем с жильем. С более высокими зарплатами немцы могли позволить себе гораздо лучшее качество жизни, нежели в СССР. Но вместе с тем я понимал, что общим у немцев был только язык, идеологически это были разные люди с разным уровнем экономического развития, – говорит Иван Сауэр.

По мнению аналитиков, воссоединение двух Германией не произошло в чистом виде. Скорее ФРГ поглотила ГДР более мощной экономикой, закрепив за собой все политическое влияние. В итоге многие люди восточных земель оказались не востребованы в новой стране.

– Для кого-то исчезновение ГДР обернулось настоящей трагедией. Например, для тех, кто служил стране, занимал государственные посты. Некоторых восточногерманских немцев преследовали и прошлись по ним катком. Оказались не у дел военные и полиция, врачи и педагоги. Возникла большая безработица. Просто сегодня об этом не принято говорить, поскольку многие сложности немцы преодолели за счет высокого экономического развития страны, – полагает Сауэр.

– За 30 лет в развитие восточных земель было вложено столько средств, что теперь многие восточногерманские регионы выглядят современнее, чем западные. Самое главное, что отличает восточные земли, так это более развитое сельское хозяйство, доставшееся в наследство от социалистической экономики ГДР, где создавались крупные сельхозкооперативы, которые успешно развивают отрасль в наши дни.

Жители восточных земель, которые влились в ФРГ, доказали, что крупное сельхозпроизводство ГДР более конкурентоспособно, чем западное. По той же продуктивности дойных коров они обогнали западную Германию. На востоке остаются самые крупные и производительные фермы. Удалось решить жилищные проблемы. И в целом наладить экономическое развитие земель во многих сферах. Так что спустя 30 лет объединение Германии успешно продолжается, – заключил Сауэр.

Изначально планировалось, что единая Германия снимет барьер между Западом и СССР. На деле ликвидация Берлинской стены стала поводом для НАТО еще дальше продвинуться на Восток. После падения стены и краха ГДР страны Варшавского договора тут же решили сбросить все коммунистические режимы и присоединиться к западному альянсу во главе с Америкой и Евросоюзу. В наши дни противостояние Востока и Запада продолжается уже в Украине, которая тоже поделена на зоны влияния одних и других.

Сегодня восточные немцы, которые составляют всего 17% от населения ФРГ (на востоке живет 12,5 миллионов человек, на западе – более 66 миллионов), мало представлены в органах власти и в правлениях крупных компаний.

По статистике в руках восточных немцев находится не более 2% ключевых позиций в немецкой экономике, политике и госуправлении.

Но вместе с тем объединенную Германию уже много лет возглавляет бывшая гражданка ГДР Ангела Меркель, которая работала в Академии наук ГДР и, конечно, состояла в комсомоле. Сегодня это единственный политик с востока, добившийся такого успеха во власти.

Арсен Аскаров