Эта история начинается там, где заканчиваются карты и начинается бескрайняя, выстуженная степь. Шестьсот километров зимней дороги, через бураны и отчаяние, должен пройти немецкий мальчик, чтобы вернуться домой. Его спасителем и провожатым в этом ледяном аду стал старый казах, произносящий слова, которые станут названием этой книги: «Живи и радуйся».
Казалось бы, о трагедии российских немцев в годы войны сказано немало.
Но страницы этой книги открывают малоизученную и пронзительную главу истории – судьбу немецких переселенцев на земле Казахстана. Это не обвинительный приговор и не покаянная исповедь. Это честный и объективный рассказ об одной человеческой судьбе, через которую, как через каплю воды, видна трагедия целого поколения.
Автор напоминает нам о том, о чем часто забывают: ужас войны измеряется не только смертями на полях сражений. Есть потери страшнее физической гибели – утрата родины, имени, права на будущее. Люди, чья единственная вина заключалась в их происхождении, прошли круги ада трудармии и спецпоселений. Их жизнь была сломана, а сама принадлежность к народу стала приговором. Но эта книга не только о боли. Без пафоса, но с глубокой горечью и светлой благодарностью она рассказывает о подвиге казахского народа. Это дань памяти тем, кто протянул руку помощи в самые темные времена. История о том, как человек пытается жить и радоваться, когда мир вокруг рушится. И о том, что даже в аду можно остаться человеком.
От автора
Очередной раз – который по счёту? – я перебирал бумаги, оставшиеся мне от покинувшего этот мир отца. Всё здесь было знакомо до полустёртой буквы, до выцветшей складки на сгибе конверта: пожелтевшие справки, фотографии с загнутыми краями, документы, где год рождения ещё обозначен готическим шрифтом. Истрёпанное, в угольной пыли Карлага свидетельство о рождении, выданное загсом города Марксштадт Автономной Советской Социалистической республики немцев Поволжья.
И вдруг – тетрадь. Обыкновенная ученическая тетрадь в косую линейку, она словно сама скользнула мне в руки, открылась на первой странице.
Почерк отца мелкий, скупой, наклонённый вправо, словно человек всё время спешил и боялся не успеть. Школа в Марксштадте. Начало войны. Депортация. Угольная шахта в Карлаге. Возвращение в Монастырку. Тракторная бригада на целине. А дальше – бесконечное, как степная дорога, перечисление: переезд на Алтай (станция Михайловская), переезд в Волгоградскую область (станция Петров Вал), переезд в Алма-Ату, переезд к сыну в Самару, переезд в Германию…
Я перечитывал эти строки, и передо мной вставал не просто маршрут – передо мной вставала судьба. Судьба человека, потерявшего Родину, который всю жизнь собирал чемоданы. Который научился прощаться с домом так же легко, как другие дышат. Который, уезжая, всякий раз увозил с собой только самое малое – и всякий раз оставлял позади что-то неумирающее.
Я думал: что же мне с этим делать? Спрятать в шкаф, перевязать тесёмкой, передать детям – да, правильно, да, необходимо. Но недостаточно. Потому что тетрадь эта – не документ. Это голос. Сдавленный, скупой, но живой.
И ему нужна не сохранность, ему нужен воздух.
Тогда я решился. Взял отцовские записи и рядом положил другое – мамины рассказы, услышанные в случайных разговорах на кухне, когда чай остывал, а память, напротив, нагревалась до боли.
Вспомнил тётю Эрну, сестру отца, её голос, чуть надтреснутый, но твёрдый, когда она говорила о Казахстане, о том, как их семья боролась за свое выживание. И себя вспомнил – мальчишкой, родившимся через десять лет после страшной человеконенавистнической войны, жадно впитывающим эти истории, ещё не понимая, что становлюсь их хранителем.
Я не историк, поэтому не берусь судить эпоху – она сама скажет за себя устами тех, кто через неё прошёл. Моё дело – художественно оживить эти короткие, сухие строки. Наполнить их дыханием, звуком, запахом. Вернуть им плоть. Пусть за каждой датой встанет день. За каждым переездом – прощание. За каждым названием – люди, которые ступили на эту землю и, даже будучи выброшенными на неё насильно, сумели назвать её своей.
Я пишу эту книгу не только от имени моих родителей, но и от имени всех российских немцев, кто не дописал свои тетради до конца. Кто унёс свою правду в могилу, потому что некому было её доверить. Кто всю жизнь собирал чемоданы, но так и не научился собирать слова.
Эта тетрадь – исповедь. И она должна быть услышана.
Все самое актуальное, важное и интересное - в Телеграм-канале «Немцы Казахстана». Будь в курсе событий! https://t.me/daz_asia
